Wh Books

Wh Books

Подписчиков: 54     Сообщений: 322     Рейтинг постов: 2,320.1

Литература, которая согреет вас долгими зимними вечерами возле огня. Особенно если он начнет гаснуть.

Развернуть

Дэн Абнетт Пария покаяние книга текст перевод перевел сам Глава 1 Wh Песочница Wh Books ...Warhammer 40000 фэндомы Wh Other story Биквин 

Дэн Абнэтт, "Биквин: Покаяние" глава 2 + глава 3

Продолжаю переводить "Покаяние". На этот раз две главы - они обе небольшие. Я уделил больше времени на вычитку и причесывание текста. Разумеется, после завершения перевода буду еще раз облагораживать все от начала и до конца.

Сразу отмечу, что имя Мэм Тонтелл - Глина (Gleena), не является "переводом", просто идеальное совпадение по звучанию.

_____________________________________________________________________

ГЛАВА 2

О посещении

Его звали Фредрик Дэнс. В течение многих лет его выдающиеся способности магоса математики привели к тому, что он объехал весь сектор Скаруса, читая лекции в лучших академических институтах и опубликовав ряд важных работ по астроматематике. В конце концов он удалился в Санкур, где его гений эрудита позволил занять должность избранного астронома при дворе префекта, барона Гекубы, чей дворец находился на севере города. Затем он покинул свой пост при не совсем ясных обстоятельствах и вскоре после этого опубликовал еще одну работу под названием «О Звездах на Небесах (с эфемеридами)».

Эта книга была издана частным образом и не нашла своего читателя, но Медея Бетанкур обнаружила экземпляр в ларьке на рынке Тойлгейт и обратила на него внимание Эйзенхорна. Вы должны помнить, что небольшая команда Эйзенхорна работала в Королеве Мэб более двадцати лет, проводя кропотливое расследование, и за это время были обнаружены всевозможные мелкие улики; их находили, а затем отбрасывали.

Но книга была необычной. Написанная на Низком готике с параллельным текстом на формальном энмабском, она претендовала на статус точного справочника созвездий, видимых из Санкура, как в северном, так и в южном полушариях. Однако представленные в ней сведения имели очень мало общего с реальными фактами на ночном небе города. Эйзенхорн сначала счел это работой сумасшедшего или некомпетентного человека, пока Медея не указала на некоторые любопытные детали, среди которых не последнее место занимали значительные заслуги Дэнса как математического эрудита, а также способного и образованного наблюдателя.

В дальнейшем наша работа в Санкуре касалась многих вещей, в основном Желтого Короля, а также концепции «Города Пыли», который находился рядом, невидимый, тень-близнец Королевы Мэб.

Я выросла в убеждении, что Город Пыли — это миф, а если и не миф, то разрушенное и старинное место, которое лежит где-то за Багровой пустыней. Но по мере того, как я втягивалась в интриги между Когнитэ, Ордосом и другими фракциями, я поняла, что это не просто легенда.

Эйзенхорн сказал, что так называемый Город Пыли был «одушевленным» пространством, то есть искусственным не-местом, вполне реальным, которое существовало за пределами нашей реальности и, так сказать, накладывалось на физическую. Можно представить, что Королева Мэб и ее двойник существовали одновременно, занимали одно и то же место, но присутствовали друг для друга лишь как призраки. Как и я, вы сочтете это представление довольно фантастическим и необоснованным, как и настойчивые утверждения Эйзенхорна о том, что однажды он попал именно в такое место, в мире под названием Гершом, но я прошу вас о снисхождении, ибо я также побывала там. На короткое время, во время визита в дом под названием Лихорадка, расположенный за пределами унылых просторов городского района, известного как Сточные Воды, я вошла в неосязаемое пространство и увидела, что оно реально. Я пребывала в Королеве Мэб и в то же время где-то в другом месте.

  Эта мысль до сих пор тревожит меня. Согласно нашей рабочей теории, Когнитэ построили Город Пыли, как и место на Гершоме, в качестве оккультного укрытия для Желтого Короля, где он мог беспрепятственно заниматься своей инфернальной деятельностью. Почему так произошло, или чем занимался Желтый Король Орфей, мы еще обсудим.

  Пока же позвольте мне сосредоточиться на Фредрике Дэнсе. Его безумные работы наводили на мысль, что он каким-то образом наблюдал другие небеса, то есть созвездия, сиявшие над Городом Пыли, совершенно отличные от тех, что мерцали над Королевой Мэб. Город Пыли, чем бы он ни был, практически невозможно найти или получить доступ к нему. Многие, включая грозных отпрысков Легионов Предателей, пытались добраться до этого места. Мое собственное посещение получилось совершенно случайным, и, хотя мы вновь побывали в Лихорадке - ныне заброшенных руинах - я не смогла повторить его.

Поиск входа в Город Пыли стал нашей первоочередной задачей.

Итак, Фредрик Дэнс. Безумный савант-астроном. Мы хотели допросить его, но не могли отыскать. С тех пор как он покинул двор барона, у него не было постоянного места жительства, и наши поиски оказались бесплодны. Похоже, он останавливался у друзей и никогда не задерживался надолго в одном месте. У нас был портрет, сделанный с фронтисписа одной из его более респектабельных работ, а Гарлон Нейл провел серьезное полевое расследование, чтобы выяснить его местонахождение. Ответ был один и тот же: где бы он ни жил, это загадка, но его регулярно видели в салоне Ленгмура. Возможно, его привлекало общество разделяющих его странные убеждения.

Представление Мэм Тонтелл продолжалось, и я уже трижды осмотрела помещение.

«Только один человек здесь даже близко не подходит под его описание», — прошептала я Эйзенхорну. - «Старик в баре».

Эйзенхорн нахмурился.

«Тогда мы зря потратили ночь и зря выдержали эту пантомиму. Попробуем еще раз завтра или послезавтра».

«Так это не он?»

Он посмотрел на меня и с сарказмом поднял брови. Когда я впервые встретила его, Эйзенхорн утверждал, что его лицо не способно к выражению, но, как я выяснила, это был блеф. Его почти вечное отсутствие мимики было делом привычки и обусловлено желанием ничем не выдать себя.

«Нет, Бета», - сказал он.

«Потому что?»

«Мне казалось, ты поумнее», - сказал он. «Мы ищем астронома».

«И вы отбрасываете его кандидатуру, хотя он вполне соответствует описанию, просто потому что он слепой?»

«Это кажется логичным».

«Слепой астроном — это не самое маловероятное предположение, которое мне пришлось принять после знакомства с вами», - сказала я. «Я видела, как слова ломают кости, и летала на демонах над крышами городских кварталов. Просто напоминаю».

Он вздохнул и повернулся, чтобы снова посмотреть на маленького человечка, сидящего у бара.

«Это не он», - сказал он. «Я только что просканировал его мысли. Он пьян, и у него очень нескладные наклонности. В нем нет ни капли учености или образования, а единственное имя, которое там крутится - Унвенс».

Я вздохнула. «Бедный Унвенс», - сказала я. «Он угрюм и одинок. Я полагаю, он приходит сюда просто послушать».

«Он приходит сюда, чтобы выпить», - ответил Эйзенхорн. «Я слышу его мысли, он шатается, пытается по памяти пересчитать монеты, оставшиеся в его карманах, чтобы вычислить, сколько еще амасека сможет купить».

Эйзенхорн собрался встать и уйти. Я положила свою руку на его, чтобы удержать.

«Что теперь?» - спросил он.

«Послушай ее», - прошипела я.

Мэм Тонтелл снова обращалась к своей аудитории, начиная очередную свою рыбалку.

«Никого?» - спросила она. «Число, которое я вижу, мне ясно. Один-один-девять. Сто девятнадцать. О, это очень ясно. И буква тоже. Буква «Л»».

Никто не ответил.

«Пошли», - огрызнулся Эйзенхорн.

«Сто девятнадцать», - прошептала я в ответ.

Он начал колебаться.

«Нет, она просто шарлатанка», - сказал он.

«Ее выступление изменилось», - ответила я. «Посмотри на нее».

Мэм Тонтелл слегка дрожала и с какой-то тревожной надеждой смотрела на толпу. Тембр ее голоса изменился. Если это был спектакль, то он был неожиданно хорош и принял странный волнующий оборот, что вряд ли могло развлечь собравшихся.

«Есть ли еще одна буква, мэм?» - воскликнула я. Я услышала, как Эйзенхорн зарычал от разочарования.

Мэм Тонтелл повернулась и посмотрела на меня.

«Ты знаешь?» - спросила она.

Она не собиралась применять на мне "холодное чтение".

«Еще одна буква, мэм?» - повторила я.

«Да», - сказала она, тяжело сглотнув. ««Ч». Другая буква - «Ч»».

У меня была одна книга, тетрадь. Я одолжила ее в лавке Блэквардса... Я говорю «одолжила», но на самом деле лучше сказать «украла». Она находилась у меня до тех пор, пока я не попала под опеку Рейвенора. Она была небольшой, в синем переплете, и написана от руки на кодовом языке, которого, похоже, никто не знал. На внутренней стороне обложки был выведен номер «119», и, судя по всему, это была обычная книга, принадлежавшая Лилеан Чейз, еретичке Когнитэ, которую Эйзенхорн преследовал больше лет, чем мне было от роду.

Мне так и не удалось ни взломать шифр, ни определить число «119», которое, как мне казалось, могло быть ключом к дешифровке.

И вот Мэм Тонтелл, салонная чревовещательница и лже-медиум, связала это число с инициалами Лилеан Чейз.

Я взглянула на Эйзенхорна и увидела, что он откинулся на спинку кресла с хмурым выражением лица. Какой бы ни была здесь фальшивка, он тоже уловил значение. Он заметил мой взгляд и подтвердил его легким кивком, который предупреждал: «Действуй осторожно».

«У вас есть полное имя, мэм?» - спросила я.

Мама Тонтелл покачала головой.

«Это ты должна сказать мне, дорогая», - сказала она. Она выглядела очень неловко. Она все время облизывала губы, как будто у нее пересохло во рту.

«Я опасаюсь уловок», - ответила я. «Чтобы участвовать в вашем выступлении здесь, мне нужно имя. Происхождение».

Уродливая гримаса исказила ее лицо, и она покраснела от гнева. Но это была не она, я чувствовала. Это было ее лицо, реагирующее на какую-то чужую эмоцию, захватившую ее.

«Доказательство?» - шипела она. «У вас достаточно доказательств! Буквы! Цифры! И вот, еще... Цвет. Синий. Обычный цвет, я думаю, вы согласитесь. Что еще вы хотите? Имя не может быть произнесено. Не здесь. Не в публичной компании».

Теперь четыре подсказки, превосходящие все совпадения. Цвет, ударение на слове «обычный».

«Очень хорошо, мэм», - сказала я. Тогда какое сообщение вы должны передать?

«Я думаю, мамзель Тонтелл устала», - сказал Гурлан Ленгмур, выходя вперед. Он наблюдал за толпой и видел, что в его благородном заведении растет беспокойство. «Мне кажется, что заседание подходит к концу».

«Я бы хотела сначала выслушать сообщение, сэр», - сказала я.

Ленгмур одарил меня ядовитым взглядом.

«У нас здесь есть кодекс приличия, юная леди», - сказал он. «Мэм Тонтелл нездоровится».

Я посмотрела мимо него на медиума. Ее взгляд нашел мой. Там была тьма, пустота. На меня смотрела не Глина Тонтелл.

«Послание простое», - сказала она. «Во имя всего, что есть, и всего, что будет, помогите мне. Помогите мне, пока они не обнаружили эту попытку...»

Внезапно одновременно произошло два события. Мэм Тонтелл оборвалась на полуслове, как будто ее горло перекрыло, или оно было резко закупорено. Она поперхнулась, споткнувшись, и упала набок в объятия Ленгмура.

Затем салон залил свет. Он шел снаружи, с обеих сторон здания, проникая через окна, выходящие на боковые дорожки. Слева от здания свет был бледно-зеленым, а справа - горячим оранжевым сиянием престарелой звезды. Оба источника света дрейфовали снаружи, двигаясь вдоль окон, словно пытаясь заглянуть внутрь.

Помещение охватило волнение. Люди вскочили на ноги. Несколько стаканов были опрокинуты. Раздались голоса. Цветные призрачные огни яростно светили на всех нас. Большинство присутствующих были озадачены и потрясены. Но я сразу же почувствовала, что знаю, что это такое. Эйзенхорн схватил меня за запястье. Он тоже знал.

Огни снаружи были граэлями, отвратительными тварями Восьмерки, которые служили Желтому Королю. Я уже сталкивалась с одним из них и знала, что искажающая сила граэля воистину ужасна.

А здесь, перед нами, их было двое.

ГЛАВА 3

Неожиданные возможности

«Эй, все?» - крикнул Гурлан Ленгмур. «Давайте все, немедленно выйдем через столовую и покинем эту комнату».

Мало кто из присутствующих нуждался в этом указании. Воздух стал прохладным, как зимнее утро, и на столах заблестели крапинки инея. С нарастающими криками тревоги посетители заспешили к выходу из столовой, наталкиваясь друг на друга.

«Не двигаться!» - приказал Эйзенхорн, поднимаясь на ноги. Движение и паника могли возбудить и спровоцировать граэлей, но никто его не послушал. Он мог бы остановить всю комнату усилием воли, но воздержался. Такая демонстрация, как я знала, могла еще больше разозлить граэлей. Он протиснулся сквозь пробегающих мимо него посетителей и направился забрать падающую в обморок Мэм Тонтелл из объятий Ленгмура.

Не успел он до них дойти, как в комнату влетел крошечный шар оранжевого света, похожий на рдеющий очаг. Он прошел сквозь стену и закружился по салону, как светлячок, который залетел в помещение и пытается найти выход. Затем метнулся к пораженной Мэм Тонтелл, поразил ее меж глаз и исчез.

Мэм Тонтелл издала пронзительный крик. Она вырвалась из рук Ленгмура, упала головой вперед на помост и начала корчиться. Жемчужные нити вокруг ее горла порвались, и камни разлетелись во все стороны, катясь, подпрыгивая и грохоча.

Затем она издала ужасный хрипящий стон и умерла. Она лежала, раскинувшись, на краю помоста. Ленгмур вскрикнул в ужасе. Я уже была на ногах, моя рука лежала на манжете ограничителя, готовая выключить его. Я не знала, сможет ли моя пустота обнулить граэля, не говоря уже о двух, но я была готова попробовать, если до этого дойдет.

Однако свет снаружи задрожал, а затем померк. Закончив свою работу, граэли удалились.

«Я хотел бы знать, мэм», - сказал Гурлан Ленгмур, - «ваше имя. И ваше, господин».

Он накрыл скатертью бедную Мэм Тонтелл. Большая часть его клиентов сбежала, а те, что остались, были отуплены шоком и пытались заглушить стресс спиртным.

«Виолетта Фляйд, сэр», - ответила я.

«Что это было за дело?» - спросил он. «Эта злоба…»

«Я ничего не знаю об этом, сэр», - ответила я.

«Она говорила с вами, и вы знали, о каком деле она говорила!»

«Я ничего не знала», - сказала я. «Я наслаждалась шоу и участвовала в представлении, как вы и призывали гостей».

«Вы лжете!» - огрызнулся он. Его модная прическа растрепалась, и он отмахнулся от непокорных прядей, которые рассыпались по лицу. «Вы знали, что это...»

Эйзенхорн навис над ним.

«Она ничего не знает», - сказал он. «Никто из нас не знает. Нас забавляло это развлечение, и мы участвовали в нем».

Ленгмур сверкнул на него глазами.

«Я никогда не видел, чтобы она так работала», - сказал он. «Такая конкретика, и вы узнали ее».

«Холодное чтение может выудить все, что угодно», - сказал ему Эйзенхорн. «Моя жена считала, что письма соответствуют имени девичьей тети, которая умерла, когда ей было сто девятнадцать лет».

«Вот, видите? Эта агрессия действительно связана с вами», - воскликнул Ленгмур.

«Не совсем», - сказала я. «Мой... дорогой муж ошибается. Моя тетя умерла в возрасте ста восемнадцати лет. Мы надеялись, что она доживет до следующего дня рождения, но она не дожила. Признаюсь, я на мгновение увлеклась словами бедной леди, но в них не было идеального совпадения».

«Оставь девушку в покое, Гурлан», - сказал мужчина, присоединившись к нам. Это был тот самый грузный человек, которого я заметила ранее возле картины Тетрактиса. Он был массивным мужчиной, а его глаза немного прикрыты капюшоном, что говорило о том, что он пил с раннего утра. «Вы видите, что она потрясена», - сказал он. «И она не причастна к этому. Не больше, чем любой из присутствующих. У меня был друг с такими же инициалами, и он когда-то жил на Парнасе 119. Я хочу сказать, что это вполне могло относиться и ко мне».

«Но ты молчал, Озтин», - ответил Ленгмур.

«Потому что я видел представление Глины дюжину раз, да будут благословлены ее пальцы ног, и знаю, что все это фарс», - ответил грузный мужчина. Он посмотрел вниз на покрытое тканью тело и вздохнул, небрежно осенив себя знаком аквилы. «Бедная старушка. Это был всего лишь салонный трюк».

«Не сегодня», - сказал Ленгмур. Он пожал плечами. «Это разорение, - сказал он. Репутация салона будет просто втоптана в грязь...»

«Я думаю, что все наоборот», - сказал я. «Сегодня ваши клиенты разбежались, но завтра...»

«На что вы намекаете?»

«Я хочу сказать, сэр, что люди приходят в этот квартал и в ваше прекрасное заведение, чтобы вкусить тайны теневого мира. И, по большей части, как я вижу, вы не подаете ничего, кроме бормотухи. Спектакли и развлечения. Это трагическое происшествие, но молва о нем распространится. Салон «У Ленгмура» будет известен как место настоящих тайн и сверхъестественных событий. Страх не удержит клиентов. Не тех клиентов, которые вам нравятся. Он привлечет их, несмотря на инстинкт самосохранения, и ваша репутация укрепится».

Ленгмур пристально посмотрел на меня.

«Я бы посоветовала вашим поставщикам завтра привезти вам еду и вино в большем количестве, чем обычно», - сказала я, - «чтобы удовлетворить спрос. Вы также можете продавать апотропические обереги на входе, чтобы успокоить робких, и приправить вашу атмосферу перспективой подлинного проявления неведомого».

Ленгмур вытаращился. Грузный мужчина разразился хохотом.

«Мне нравится эта молодая леди!» - усмехнулся он. «Она не ошибается, и она хорошо разбирается в твоем бизнесе. Апотропические обереги! Вот это мышление настоящего манипулятора. Убойный успех, благодаря убийству, не так ли?»

Он снова рассмеялся, мощным, рокочущим смехом. Ленгмур нахмурился.

«Ты как всегда несносен, Озтин», - сказал он. «Я могу запретить тебе вход».

«Снова?» - спросил грузный мужчина.

Ленгмур ловко повернулся и направился к выходу. «Был вызван Магистрат», - объявил он через плечо. «Я должен дождаться их прибытия».

«Что ж, это мой сигнал к отступлению», - объявил здоровяк. «Я не имею дела с Магистратом. Мы можем потерять всю ночь, отвечая на вопросы».

«Особенно с вашей репутацией», - сказала я. Он усмехнулся и протянул руку.

«Моя слава идет впереди меня, не так ли?» - спросил он.

«Да, мистер Крукли», - ответила я, пожимая его руку. Я поняла это сразу, как только Ленгмур произнес имя Озтина. Это был печально известный 

поэт-грабарь. Мое раннее предположение оказалось верным.

«Я знаю одно место в конце улицы», - сказал он. «Может быть, вы присоединитесь ко мне, чтобы избежать назойливой суеты?»

Я взглянула на Эйзенхорна.

«Мои извинения, сэр», - сказал Крукли, протягивая руку Эйзенхорну. «Я, конечно же, имел в виду вас обоих. Озтин Крукли».

«Дэзум Флайд», - ответил Эйзенхорн, принимая рукопожатие.

«Вы присоединитесь ко мне?» - спросил Крукли.

Эйзенхорн кивнул.

«У меня нет желания оставаться здесь», — сказал он. Я была уверена, что он хотел бы остаться, но скорое прибытие Магистрата могло стать неудобством.

«Отлично», - объявил Крукли. «Мы пойдем все вместе». Он повернулся и повысил голос, обращаясь к находящимся поблизости клиентам. «Мы отправляемся в Два Гога. Вы идете? Аулей? Унвенс?»

«Я пойду, если ты платишь», - сказал человек с испачканными чернилами руками, которого я раньше приняла за рубрикатора.

«Унвенс?» - позвал Крукли. Пожилой человек с огромными руками и ногами встал и кивнул. Мы с Эйзенхорном обменялись быстрыми взглядами.

«Это Унвенс?» - спросила я.

«Да», - сказал Крукли. «Линэл Унвенс. Вы его знаете?»

«Нет», - ответила я. «Я просто подумала, что слепой парень, сидящий рядом с ним, был Унвенсом».

Крукли покачал головой.

«Он? Нет, это его чокнутый дружок Фредди. Фредди Дэнс».

Развернуть

Horus Heresy Wh Past СПОЙЛЕР Wh Other Sigismund kharn the betrayer World Eaters Siege of Terra Wh Books ...Warhammer 40000 фэндомы 

Про второй бой Кхарна и Сигизмунда. by Кардинал Бухарис с Warforge

Он всегда молчал. Всегда. На протяжении всей схватки Чёрный Меч не произнес ничего.

Чудовище. Призрак. Мёртвая оболочка.

Что может быть хуже этого? Какая смерть может более абсолютной, чем эта? Какое разочарование, какое отчаяние может быть тяжелее?

Кхарна поглотила ярость от этого. Он завыл в бешенстве, бросаясь на Сигизмунда снова и снова, не обращая внимания на раны. Он хотел вернуть прошлого воина. Того, у кого в жилах была хоть капля жизни. Ему хотелось вновь разжечь тот самый запал. Высечь хотя бы небольшую искру - что угодно, кроме этой железной, бритвенно-острой суровости.
Когда-то, они смеялись вместе, вдвоём. Они бились в бойцовых ямах, отсекая целые куски плоти друг от друга, а в конце всегда падали на настил, утопая в крови и соломе, и громко смеялись. Даже Гвозди не забрали эти воспоминания, ведь в бою Гвозди всё ещё показывают истинную суть вещей.

Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,фэндомы,Horus Heresy,Ересь Хоруса,Wh Past,СПОЙЛЕР,Wh Other,Sigismund,kharn the betrayer,World Eaters,Siege of Terra,Wh Books

"Злись!", - заревел Кхарн. "Живи!"

Потому что убить можно только живое. Нельзя убить призрака, только взмахнуть топором сквозь него. А здесь не было ничего, лишь разочарование, лишь пустое цикличное безумие.

Гвозди подстегнули его. Кхарн стал сражаться сильнее. Быстрее. Его мышцы рвались на куски и мгновенно срастались. Его кровеносные сосуды лопались, не выдерживая давления, и вновь были целы. Кхарн чувствовал, как по его телу разливался такой огонь, такой немыслимый жар, горячее и белее любого пламени, которое он когда-либо и где-либо испытывал.

А Чёрный Меч отринул все это, сражаясь безмолвно, неумолимо, лишь распаляя неистовство Кхарна. Это было все равно, что противиться тепловой смерти Вселенной. Ничто не могло поколебать веру перед ним. Он был слеп ко всему, кроме самого себя, эгоистичен, как расхититель драгоценностей, стоящий в богатой сокровищнице.

Цепной топор Кхарна вревел с яростью, равной ярости броска, что отправил его в полет. Она была так сильна, что поджигала возхух с прометием на своем пути, и заставляла кровь не течь, а хлестать. Она была так сильна, что позволила нанести наконец удар, ранить призрака. Он заставил его пошатываться, вынудил жадно хватать воздух. Неистовое пламя бушевало внутри него, ускоряя сердца. Он услышал жестокий шёпот Великого Бога Крови в своих изорванных ушах.

+Сделай это. Убей его. Во имя меня.+

Призрак снова обрушился на него, высокий и чёрный, в ореоле молний, его броня пожирала сам свет, как и клинок в руке.
Перед лицом этого, Кхарн возвысился. Насилие, которое он учинил, было похоже на хор бесконечной радости. Само основание под ними не выдержало, и они рухнули вниз, несясь в облаках обломков. Даже когда они камнем падали в пропасть, противники продолжали сражаться. Они раскачивались и метались вокруг друг друга, уничтожая абсолютно всё в пределах взмаха меча или досягаемости топора.

"Я не …", - выпалил он, чувствуя, как волна усталости затопляет даже наполненные силой бога конечности.

И тогда он осознал, что на самом деле произошло. Находясь в апофеозе своего безумия, даже когда Великий Бог изливал себя в его изуродованное тело, Кхарн понял, что за трансформация свершилась.
Они всегда говорили себе, особенно после Нуцерии, что Империум создал Пожирателей Миров. Это их вина. Несправедливость и насилие выковали то вожделение конфликтов, бесконечных повторений старых гладиаторских игр, словно некие религиозные службы давно и заслуженно мёртвым богам. «Это их вина!» служило оправданием каждому зверству, каждому акту бессмысленно-жестокого смертоубийства.
"Я не..."
А сейчас Кхарн увидел - круг замкнулся. Он увидел, что семь лет тотальной войны на уничтожение сделали с Империумом. Он видел, во что превратились эти воины. И в тот момент, в разгар самой напряженной и захватывающей дух битвы, из всех где он участвовал, он увидел будущее.
Тысячи воинов в черной броне безмолвно маршировали из бездонно-черных крепостей, каждый из них такой же непреклонный, мертвым в душе фанатиком, как Чёрный Клинок. Они никогда не сдадутся, но не потому что они сражаются во имя веры в какую-то там идею. Совсем нет, они просто забыли, что это вообще значит "отступить".
И тогда Кхарн увидел, насколько мощным это может быть, и как долго это может продолжаться, и какие новые страдания это принесет всей галактике, уже сотрясающейся под молотом безграничной агонии, и тогда он, даже он, даже Кхарн Верный, содрогнулся до самой глубины своей души.
"Я не ..."
Кхарн продолжил сражаться, теперь уже из-за дикого отчаяния, потому что этому нельзя было позволить случиться, нельзя было не противостоять. Нельзя было просто смириться. Все ещё существовало удовольствие, всё ещё пылал жар, была честь и наслаждение от хорошо исполненного убийства, но всё это утонет в этом хладном потоке, если не остановится здесь, на Терре, где впервые был создан их вид и где началось великое представление непомерного высокомерия.
Кхарн обязан выстоять. Он обязан сопротивляться, ради человечности, ради самой жизни, прожитой со страстью, ради великолепного пульса боли, ощущений, ради чего ни будь.
"Я не ...", - он тяжело дышал, зрение начало подводить, а руки стремительно разжимались, -" сломан".
Чёрный Меч обрушился на него, снова и снова. Это было просто непостижимо, немыслимый стиль боя - слишком совершенный, слишком бескомпромиссный, без капли жалости и без крупицы сожаления. (NO PITY! NO REMORSE!)
Кхарн даже не увидел смертельного удара, острие меча вошло в него со всем весом пустоты, скоростью вечности, столь величественный в своем нигилизме, что даже Великий Бог внутри него мог только лишь наблюдать.

Так был сражён Кхарн.
Он сложил голову в безмолвии, брошен на землю с ледяным презрением, зарублен и втоптан в прах цивилизации, его горло раздавлено, череп расколот, а грудная клетка проломлена. Кхарн сражался, даже когда его конечности стали лишь окровавленными обрубками, продолжал биться, даже когда реактор, в его полном варпом доспехе, остановился, бился и дергался до самого конца, но к тому времени этого уже было недостаточно.
Последнее, что Кхарн увидел, по крайней мере, в этом мире, был огромный чёрный профиль его убийцы, чёрного храмовника, заносящего клинок и готовящегося закончить последний бой двух бывших друзей.
"Не сломан", - только и сумел выдавить Кхарн, находясь в агонии, большей, чем когда-либо могли устроить Гвозди, но с куда более правдивым пониманием нелепой жестокости Вселенной, - "как ты"
А затем меч обушился, и бог оставил Кхарна мёртвым среди руин его древнего дома.
Развернуть

Wh Books Wh Other Orks Ghazghkull Mag Uruk Thraka Goffs СПОЙЛЕР ...Warhammer 40000 фэндомы 

Спойлеры книги "Газкулл Трака: Пророк Вааагха!" by Art of War Ч.2

Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,фэндомы,Wh Books,Wh Other,Orks,Orcs,Ghazghkull Mag Uruk Thraka,Goffs,СПОЙЛЕР

- Макари перерождается на неизвестном мире. Не помня ничего из своей прошлой жизни. Живет обычной жизнью грота (жена, дети, кредиты). Пока в один из дней не происходит нападение орков. Орки убивают всех гротов, но Макари проявляет смекалочку, надевает на голову ведро. Это спасает ему жизнь. Пуля одного из орков отскакивает от ведра и попадает в колено стрелку её же и выпустившему. Это дает достаточно времени Макари чтобы сбежать. Орки отправляются в погоню за удачливым гротом, но Макари снова проявляет смекалочку (по пути находит плачущего ребенка людишек, пугает его, кусает и направляет в сторону охотничьего отряда орков. Те убивают ребенка, а Макари снова сбегает).

- Макари видит еще людей, которых захватили в рабство орки. Люди готовят для орков деликатесы из представителей своего же вида. Гроту доставляет удовольствие видеть страдание людишек.

- В конце концов Макари все же ловят и доставляют к Газкуллу. Газкулл зол из-за того, что Боги с ним не говорят. Он завоевал для них столько миров. Он даже нашел этого удачливого грота, как они просили. Если Боги не говорят с ним из-за грота, то почему бы было просто не решить эту проблему по божественному и не направить Макари назад к Газкуллу.

- После того, как Газкулл закончил бухтеть на Богов он осмотрел Макари.

Когда Газкулл прикоснулся к Макари тот вспомнил свою прошлую жизнь и отметка снова появляется на плече грота. 

- Со времен Урка Газкулла влекло на Армагеддон как магнитом. Словно бы этот мир был святым местом. Когда он и его Вааах прибыли к Армагеддону Газкулл наслаждался уничтожением жалких укреплений людей, наслаждался сокрушая слабую обороной организованную Фон Штрабом. Но все изменилось, когда Вааах достиг улья Гадес и Газкулл столкнулся с Комиссаром Ярриком, чья воля, сила и хитрость были под стать орку. Газкулл был взбешен и удвоил свои усилия, но результат остался тем же. Газкулл стал сомневаться (!) в себе. Что до него не делал ни один орк. В последующие годы этот навык станет одной из сильных черт его характера, но не в тот момент.

- Газкулл нашел в Ярикке достойного соперника - грода (grod). В человеческом языке нет слова способного передать весь смысл этого понятия, как в орочьем нет слова способного передать то чувство, что люди испытывают, когда один человек нравится другому очень сильно. Грод - любимый соперник.

- Макари слушал, как Газкулл бубнит про то, что орки побеждают потому что верят в победу. Они верят в это потому что боссы верят. А боссы верят в победу потому что Газкулл верит. Но он не верил! Потому что решил, что Боги отвернулись от него (тупа перестали с ним говорить).

- Газкулл притворяется, что наслаждается типичными орочьими вещами (разрушением и драками), но это обман. Он потерял свой боевой дух (пресловутый rukhh-razzha). Ему хочется чего-то другого, но он не знает чего.

- Как только Газкулл потерял веру орки стали проигрывать. Их крики стали тише, их машины стали медленней, боеприпасы стали кончаться быстрее. Чаша весов стала клониться в сторону Имперцев. Газкулл наконец прорывает оборону Гадеса, но это уже не имеет значения. На планету высаживаются космодесантники и начинают теснить орков. Газкулл знает, что то, что он сделал на Урке было правильным и что Армагеддон особенная планета. Поэтому он продолжает войну не смотря на потерю веры. Он выбирает случайный улей (им оказывается улей Тартарус) и говорит оркам, что победа близка, что это последняя цитадель людей на планете. Орки верят Газкуллу и пока основной Вааах марширует на встречу своей смерти, Газя берет с собой приближенных и сваливает с планеты.

- Газкулл произносит речь перед своими помощниками, что мол это вторжение было лишь тестовым. Чтобы собрать данные по планете, обороне и прочее такое. Это была просто часть большего плана Богов. Это не поражение. Но сам Газя, Макари и Гротсник знают, что они проиграли из-за того, что Газкулл потерял веру в себя.

- Орда Газкулла отступает на Голгофу. Здесь его депрессия усугубляется. Гротсник пытается манипулировать боссом и превратить в свою марионетку. Под давлением остатков орды и Гротсника Газкулл решает вернуться на Армагеддон.

- Макари понимает, что возвращаться туда, где ты уже однажды проиграл это плохая идея. Особенно после того, как Яррик превратил планету в одну сплошную крепость, которую не взял бы и Горк.

- Макари говорит Газкуллу, что Армагеддон туфта. Зачем сражаться так упорно за один мир если можно захватить миллион других. Говорит, что в видении вся галактика была зеленой, а не просто улей Гадес, говорит, что Газя должен объединить всех орков в галактике, что они верят в него, что Макари верит в него и только сам Газкулл не верит в себя.

- Газкулл соглашается с Макари. Он и правда потерял веру в себя и уж если такая мелкая тварь, как грот стала указывать ему, что делать, то значит все совсем плохо. Он говорит, что речь Макари была не напрасна. Речь напомнила Газкуллу, что настоящий орк не должен слушать гротов. Что настоящий орк не должен слушать даже Богов. Он не должен слушать вообще никого и делать только как сам хочет.

- Газкулл говорит, что возвращать назад Макари было ошибкой. Слабостью, которую он принял за силу. Но больше не будет никакой слабости, только сила! Газкулл приказывает Макари сообщить Горку и Морку, что они ему больше не нужны и затем сносит гроту голову. 

Так Макари умирает во второй раз.

- В конце концов Газкулл снова находит Макари и возвращает в свою свиту, потому что его подчиненные орки-боссы все время спрашивали, где счастливый грот и жаловались, что им его не хватает. Тупа чтобы заткнуть их. Правда это происходит спустя долгие годы после второй смерти Макари. Те орки, что были молодыми сейчас уже заматеревшие верзилы, а босс Кровавых Топоров и вовсе погиб, и был заменен на нового по имени полковник Тактикус (персонаж короткого рассказа "The Enemy of my Enemy" от того же автора).

- Макари осознает, что они снова на Армагеддоне и отказывается играть свою роль в этом спектакле. Кончает жизнь самоубийством бросаясь под пули.

- Газкулл продолжает воскрешать Макари вытаскивая того из Великой Зелени. Но Макари в знак протеста продолжает умирать. Каждый раз, когда Макари воскрешают он находит Газкулла в еще более подавленном состоянии. Макари кажется, что очередная кампания на Армагеддоне будет проиграна, как и предыдущая.

- Так продолжается до тех пор пока между ними не происходит беседа. Газкулл говорит, что он не будет ни перед кем извиняться. Орки так не делают. Не перед Богами, ни тем более перед гротом. Убийство грота было правильным поступком. Он просит Макари взглянуть на то, чего он достиг на Армагеддоне.

- Пока Макари пытался переварить увиденное и то, что он почувствовал на Армагеддоне, Газкулл продолжил рассказывать. Он сказал, что то, что он сотворил здесь свято. Он сотворил эхо великой мега войны для которой орки и были созданы. Но теперь настало время покинуть Армагеддон, но только им, орда останется.

- Макари сказал Газкуллу объединить орков и он это сделал. Да, это потребовало времени и у него были моменты слабости, но он сделал это единственно верным путем - сквозь горнило битвы. Поэтому Макари никогда больше не следует сомневаться в нем.

- Газкулл выяснил, что Боги орков все это время говорили с ним. С помощью... головной боли. Это были удары Богов ему по голове, чтобы он наконец начал их слушать. Они видели, что создал Газкулл на Голгофе и Армагеддоне и хотели больше. Война на Армагеддоне достигла своего пика и больше здесь нечего делать. Нужно распространить это святое пламя по всей галактике.

- Но прежде чем Газкулл закончил свою речь в него попал танковый снаряд. Врезался прямо в живот прежде чем сдетонировать. Раненный Газкулл вырубился, а командир танка не мог поверить своей удаче и приготовился сделать новый выстрел. Макари воспользовался своей смекалочкой грота, побежал к танку, пролез в одну из дыр в его обшивке и убил весь экипаж, тем самым спас жизнь Боссу.

- Когда Газкулл очнулся рядом был Макари, который сообщил, что уничтожил танк. Газкулл признал, что Макари был прав и пришло время объединить орков, раскрасить звезды в зеленый.

- Допрос Макари был остановлен, чтобы Инквизитор могла отдохнуть. Пока все отдыхали Кусака (орк-наемник) использовал украденный ключ авторизации, чтобы прогуляться по имперскому кораблю. Он входит в комнату Кассии, где она сидит и делает записи в дневник. Кусака нападает на неё. Не смотря на то, что драка была упорной Кусака убивает её и бежит с корабля используя спасательную капсулу.

- После потери переводчика Инквизитору не остается ничего другого, как использовать фенрисийские ритуалы, чтобы влезть в разум Макари.

- Когда приготовления завершены Хендрексен (рунный жрец Караула Смерти) решает перейти сразу к битве его бывшего повелителя Рагнара и Газкулла. Он отправляет себя и инквизитора в разум Макари.

- Фалькс и Хендрексен становятся свидетелями дуэли. Последнее, что видит Макари перед своей очередной смертью это отрубленную голову Газкулла, которая улыбается. Для него все идет по плану и он знает, что все будет нормально.

- После завершения ритуала имперцы истощены. Внезапно Макари на чистом готике говорит им, что стоило его просто спросить, а не лезть к нему в голову. Оказывается, что все это время Макари владел языком людей, а Кусака соврал. У Фалькс горит жопа с того, как их всех обманули. Не смотря на возражения Рунного Жреца она продолжает допрос.

- Макари предлагает ей прикоснуться к ожерелью из осколков болт снаряда сделавшего Газкулла Газкуллом. Она касается ожерелья и начинается приход.

- Фалькс попадает в разум Газкулла в тот момент, когда Рагнар поднимает его отрубленную голову. Газкулл смотрит на Рагнара. Человек думает, что победил его. Думает, что познал силу. Но не смотря на его силовую броню, все те вещи, что превратили его в машину войны, он просто мелкий паразит. Все это не имеет значения. В конце галактика будет зеленой.

- Рагнар умирает от такой незначительной для орка раны. Когда Рагнар скалится Газкулл видит его маленькие клыки. Рагнар словно плохая копия орка сделанная на основе намного более слабого зверя. Боги сделали орков правильно. Самый слабый из орков сильнее, чем созданные мертвым Богом чемпионы людей - Примархи. Газкулл злится. Почему с ним не мог драться Примарх? Вот это была бы драка.

- Приближается тьма и Газкулл начинает бояться. Он забывает кто он. В этот момент Боги выходят на связь. "Ты босс боссов. Ты пророк. Мы говорим через твои клыки и кулаки. И твою голову. Ты Газкулл Маг Урук Трака. И миры горят по твоей воле" (все это капсом естественно. Это же Боги орков и они дико орут).

- Тьма отступает. Газкулл видит, как орда орков бросается навстречу Рагнару и Космо Волкам. Он понимает зачем Боги выбрали его и возродили. Он должен напомнить оркам то о чем они забыли. Так долго орки просто существовали. Цель орков это сражения и победы. Всех кого они не убивают они должны превращать в рабов. Под его руководством орки никогда не забудут эту святую цель.

- Тьма возвращается и Газя начинает размышлять, а как собственно он выкрутится из этой ситуации? На Урке он сам смог собрать свой мозг, но здесь не выйдет такое. Боги его успокаивают и говорят, что он должен довериться другим.

- Газкулл видит, как его приближенные боссы пробиваются к нему. Без его объединяющей воли они разрушат все, что он построил. Он снова чувствует страх. Величайший из орков умрет во страхе. В этот момент на связь выходят Боги. Они говорят "Нет". Они приказывают ему смотреть внимательней.

- Последнее, что видит Газкулл, это мертвое тело Макари. Его последняя мысль: "Если я был тем, кто дал ему имя и возвращал его обратно, то кто теперь это сделает?"

- Психический выброс от прикосновения к ожерелью был очень сильным. Таким сильным, что привлек внимание имперского гарнизона. Они засыпали корабль Инквизитора требованиями на стыковку, но Инквизитор игнорит их и заставляет Макари закончить историю.

- Верный Газкуллу босс и Гротсник принесли тело Макари в лабораторию. Макари и Гротсник гроды, но Макари единственный, кто действительно знает Газкулла, поэтому Гротсник оживляет его.

- Дальше идет длинная перебранка между двумя оркоидами. Суть которой "Ты дурак, нет ты дурак". А в философском смысле речь про двоякую и противоречивую натуру орков. Макари и Гротсник оба часть плана Богов.

- Макари и Гротсник оживляют Газкулла. Босса вырывает из Великой Зелени. Пока он летит обратно, то видит звезды окрашенные в зеленый. Он видит видение будущего и находит его забавным. Второй вдох Газкулла в мире живых превращается в смех.

- Психическое эхо второго рождения Газкулла было настолько сильным, что Фалькс никак не может избавиться от его смеха в голове, а стены вокруг неё будто бы покрыты грибком (короч приход словила тетка). Макари с самодовольным видом заявляет, что Фалькс повезло. Она хотела познакомиться с Газкуллом? Что ж он идет.

- Прежде чем Кусака сбежал он украл коды доступа в систему. Что позволило флоту Газкулла войти в систему не поднимая тревоги.

- Хендриксен пытается прикончить Макари, но Фалькс понимает, что в этом нет смысла. Что для грота живущего в тени психической силы Газкулла очередная смерть?

- Фалькс пытается убедить в этом Космического Волка. Она говорит, что раз орки подавили свои инстинкты и смогли найти свою цель, стать лучше, то может быть и людям стоит так сделать?

- Хендриксен соглашается и они кидают Макари в стазис камеру, где он не сможет себе никак навредить. Они готовятся сбежать из системы.

- Последнее, что они слышат это жуткий рык. Имперцы понимают, что Газкулл не успокоится пока не вернет то, что принадлежит ему

Развернуть

Wh Books Wh Other СПОЙЛЕР Orks Ghazghkull Mag Uruk Thraka Goffs ...Warhammer 40000 фэндомы 

Спойлеры книги "Газкулл Трака: Пророк Вааагха!" by Art of War

Инквизитор Титоннида Фалькс из Ордо ксенос имеет контакт внутри Вааагха! Газкулла - орки-наёмники из Кровавых топоров. Сотрудничество с ксеносами навлечёт на неё гнев её колллег-инквизиторов, но она продолжает поддерживать связь с орками. 

-Орочий наёмник дважды использует канал связи, чтобы оскорбить инквизитора, однако на третий раз он выходит на связь с важной информацией. 

-Орк сообщает, что обезглавливание Газкулла не сработало. Как и сбрасывание на него космической станции. Газкулл даже не ранен. Он сильнее, чем когда-либо прежде. 

-Вааагх! быстро покидает Кронгар, и наёмник со своими парнями умудрились заграбастать кое-что очень ценное. Точнее кое-кого. Кое-кого очень близкого к Газкуллу. Того, кто знает все его планы, слабости и т.д. Они схватили Макари - знаменосца Газкулла. 

-В обмен на Макари наёмник требует десять-десять-десять-десять-десять пушек и десять-десять-десять-десять-десять-десять боеприпасов к ним. Десять-десять-десять больших пушек и боеприпасы к ним. И, наконец, карту с десятью планетами, на которые можно свободно напасть и ограбить. 

-Инквизитор соглашается на обмен, но предупреждает наемника помнить, что он потерял в последний раз, когда пытался обмануть её. Наёмник отвечает, что он не очень много потерял, и ему всё равно нравится его новое сердце. Он даёт инквизитору обещание Кровавого Топора, что это будет правильная сделка.

-Зеленокожие описаны как бесполая раса. 

-Макари был высок для грота. Способен дотянуться до подбородка Инквизитора, если бы выпрямился. Его руки были вдвое шире человеческих, а тело было мускулистым. Он также был нехарактерно храбрым для грота, ринувшись на Рунного жреца Караула Смерти, что привело к тому, что он был отброшен назад. Это можно объяснить тем фактом, что Макари привык иметь дело со зверями более крупными и грозными, чем любой космический десантник.

-К инквизитору на допросе Макари присодинился рунный жрец из Караула смерти Орм Хендриксен и женщина огрин псайкер Кассия. В прошлом между Кассией и Хендриксеном была неприязнь. Теперь настоящая вражда между ними похоронена под взаимным уважением друг к другу. Однако они по-прежнему по привычке подкалывали друг в друга. Кассия знала, что, несмотря на внешнюю неприязнь Хендриксена к ней, он желал помочь ей и направить её, чтобы она могла наилучшим образом раскрыть себя и её огромный психический потенциал.

-Имперская истина проповедовала, что огрины - тупые животные, огромная сила которых достигается за счёт ущербности разума. Она проповедовал, что их умы слишком бесхитростны, чтобы проявлять психические способности. Последнее мнение оказалось ложным. Психическое пробуждение охватило галактику. Менялись не только разумы людей.

-Имперская правда также проповедовала, что огрины не умеют писать и читать. Кассия также доказала, что всё это неправда, регулярно описывая свою жизнь и опыт в журналах. 

-Прежде чем быть завербованной Фалькс, Кассия была призывником в штрафном легионе. Её направили туда, чтобы помочь удержать строй ещё несколько секунд. Когда Кассия спасла жизнь своего комиссара, переместив силой разума сбитый бомбардировщик, чтобы защитить его от нападения, комиссар увидел в Кассии нарушение Имперской истины. Его долг - исправить это. Он должен был казнить Кассию за "трусость". Тем не менее, он был должен Инквизитору Фалькс, поэтому он сделал так, чтобы Кассия была завербована как часть свиты Фалькс.

Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,фэндомы,Wh Books,Wh Other,СПОЙЛЕР,Orks,Orcs,Ghazghkull Mag Uruk Thraka,Goffs

-К удивлению всех находящихся в комнате людей, в помещение пробрался орк, и никто из них этого не заметил. Он сообщил о своём присутствии, вежливо попросив, чтобы они начали задавать заключённому вопросы. Орка назвали Кусака (Biter) (сокращение от "Откусил-лицо-лицекуса-прежде, чем-тот-сможет-укусить"). Он был переводчиком, "разведчиком" из компании Кровавых топоров, с которой заключила сделку Фалькс. Его одолжили инквизитору за изрядную плату. Его услуги были необходимы, так как Макари не говорил на готике. Разделяя восхищение имперской военной культурой, типичной для Кровавых Топоров, Кусака был одет в то, что можно описать как детскую пародию на форму имперского офицера, которая включала медали, сделанные из металлолома. Несмотря на свою нелепую внешность, Кусака вёл себя профессионально и красноречиво говорил (для орка).

-Далее пойдёт пересказ допроса. Макари расскажет историю Газкулла, а Кусака будет переводить для людей с орочьего. Так что о достоверности судите сами. 

-Макари рассказывает собравшимся, что, чтобы понять Газкулла им нужно понять Макари. Чтобы понять Макари, они должны понять, что значит быть гротом. Боги наделили орков жаждой сражений и бесстрашием, но обделили этим гротов. 

-Гроты живут в мире орков, но они не созданы для того, чтобы наслаждаться им. Они призваны служить и страдать каждое мгновение. Орки заставляют гротов страдать, а гроты ненавидят их за это. Однако гроты принимают это, потому что таков замысел богов. 

Так должно быть. Это хорошо. Таков путь Великой зелени. Подобно грибку с множеством корней, каждая его часть играет свою роль в Великой зелени. Хотя орки "лучшие", жизненно важны все части. Без гротов орки наверняка будут колебаться, и иногда гроты должны напомнить оркам об их месте в целом. Несмотря на все удовольствия, которых боги лишили гротов, они даровали им экстаз исполнения их воли.

-Молодой орк родился на планете Урк. Снежные бури сделала землю твёрдой, как железо, так что юнец не мог выбраться. Ему удалось освободить лишь руку из грязи и льда. Юнцу повезло. Мимо брёл голодный сквиг, который укусил его за руку. Юнец схватил сквига за язык и с силой дёрнул, вырвав язык и внутренности сквига. Тёплая кровь и соки сквига растопили землю, и юнцу удалось выбраться. Молодой орк содрал шкуру с мёртвого сквига и пошёл к ближайшему форту Гоффов.

-Когда юнец подошёл к воротам, босс форта был на стене. Шкура ему понравилась, поэтому он не позволил своим парням стрелять в новичка. Он лично спустился, чтобы снять шкуру с юнца. Юнцу это не понравилось, поэтому он ударил босса головой. За это босс избил его до полусмерти. Но вместо того, чтобы оставить его умирать, босс приказал своим парням затащить его внутрь и позаботиться о нём. Возможно, причина сентиментальности босса заключалась в том, что юнец напомнил ему о его молодости, а возможно, это была воля богов.

-Безымянный юнец излечился и стал одним из парней. Он получил образование, как вести себя как настоящий орк, и он узнал о Горке и Морке. Он также узнал о галактике. Существовали миллионы и миллионы миров, и Урк был лишь одним из них. Юнец был заинтригован этим и всё время спрашивал об этом босса, что обычно приносило ему трёпку за странность. Однако, когда босс был в хорошем настроении после удачного рейда, он отвечал на вопросы юнца.

-Босс рассказал юнцу, что в галактике кроме орков есть другие расы. Расы, которые пытались занять места, принадлежавшие оркам (вся галактика принадлежала оркам!). Ушастые слабаки в забавных шляпах, массивные ящерицы из кристаллов или что-то в этом роде и другие. Орки выбили их. Не всегда с первой попытки, но в конце концов орки всегда возвращались и побеждали. Все эти расы усвоили урок и больше не возвращались, кроме людей. Из всех рас, которые оскорбляли Горка и Морка своим присутствием в галактике, люди были самыми тупыми. Они думали, что вера во что-то делает это правдой, как и орки. Но у них это не работало. Несмотря на то, что их дважды выгоняли с Урка, они по-прежнему верили, что планета принадлежит им. Они даже оставили форт клювов, чтобы шпионить за орками. Клювы - большие бронированные парни людей. 

-Прибегнув с хитрости Морка юнцу удаётся уговорить босса напасть на форт. Форт был пуст, но не беззащитен. Автоматические турели проредили орков, прежде чем те смогли разбить их на части. Снаряд попал в голову юнцу, освободив её от всего, кроме знаний богов. 

-Он потребовал, чтобы орочьи боги спасли его. Горк и Морк не обижались на то, что орки командуют ими, пока признавали, что им не нужно слушать. Они молчали. Иногда они лучше всего говорили, когда молчали. Их молчание было посланием юнцу. Он попал в эту передрягу, и они будут слушать его только в том случае, если он выберется из неё сам. Считая это справедливым, юнец встал, удержал в голове то, что осталось от его мозгов, и направился обратно в поисках того, кто мог бы его исправить.

Рассказывая историю, Макари постоянно теребит в руках куски металлолома, из которых состоит его ожерелье. 

-Фалькс замечает, что один из кусков металла имеет стилизованное изображение меча. Она понимает, что это осколки болтерного снаряда, который снёс Газкуллу половину головы. Хендриксен и Кассия при помощи своих пси-способностей подтверждают это. 

-Хендриксен говорит, что сыны Льва делают настолько плохие боеприпасы, что те превращают обычного орка в завоевателя. 

-Однако всё это не доказывает то, что этот грот это Макари. Кровавые топоры могли схватить любого другого грота и дать ему это ожерелье. 

— Когда Макари сказал, что раненый Газкулл прошёл 200 миль через ледяные бесплодные земли, сражаясь со зверями, прежде чем он достиг поселения под названием Ржавый шпиль, Хендриксен возразил. Его опыт с орками и походы по тундрам заставили его усомниться в том, что раненый орк сможет пережить такое путешествие. Кассия вмешалась, сказав, что во время службы в Астра Милитарум она услышала рассказ о Газкулле, как его оттащили орочьи парни к орочьему доктору, который платил хорошие деньги за тяжело раненых. 

-Фалькс спрашивает Кусаку, правда ли это и солгал ли Макари. Кусака ответил, что и да, и нет. 

-Решение проблемы заняло час. Люди поняли, что разум зеленокожего может верить более чем в одну объективную истину. Даже если несколько будут противоречить друг другу, это не вызовет у зеленокожих психологического дискомфорта.

-Группа перешла к теме местоимений. Хендриксен спросил Кусаку, почему он все время упоминает Газкулла как они, когда Газкулл - это он. Смущенный Кусака ответил, что Газкулл не мужчина. Фалькс напомнила Хендриксену, что орки не имеют репродуктивных органов и не понимают пол и гендер. Кусака возразил, сказав, что некоторые орки это понимают, и лично он находит это довольно забавным. Чтобы предотвратить дальнейшее замешательство, Фалькс приказала Кусаке с этого момента называть Газкулла "он".

Газкулл попадает к Гротснику, и тот принимается "лечить". К тому, что осталось от мозгов Газкулла, степплером присобачили новые куски, которые нашлись в ведре у Гротсника. Выжившие остатки изначального мозга Газкулла быстро подмяли и подчинили себе другие куски мозгов. Было редкостью, чтобы сложная операция длилась так долго, поэтому Гротсник решил сделать что-то особенное. Кусок загадочного металла, который, как полагают, был взят с задницы древнего терминатора. Операции сопутствовала удача Морка, и пластина хорошо подошла для того, чтобы удерживать новый мозг Газкулла на месте. Гротсник был слишком взволнован, чтобы останавливаться на достигнутом. Он выполнил новаторскую операцию по замене коленного сустава. Это сработало! Бионическая замена оказалась немного лучше, чем здоровое колено Газкулла. К сожалению, из-за обильной потери крови Газкулл умер.

-Труп Газкулла был отдан гроту-помощнику, чтобы разрезать его на запчасти и еду для сквигов. Этим гротом оказался сам Макари. Чтобы убедиться в том, что Газкулл действительно мёртв, Макари потыкал в него несколько раз, а затем попытался отодрать кусок металла от его головы. Затем из трупа хлынул поток силы. Макари отшатнулся, когда Газкулл встал с благоговейным выражением лица. Прежде чем Макари успел что-то сделать, Газкулл схватил его за плечо. Макари посмотрел прямо в здоровый глаз Газкулла, горящий зелёным.

-Макари погрузился в видение. Это не было похоже ни на одно видение, которое он испытывал раньше, когда ел грибы, выросшие из дерьма вирдбоев. Это была аудиенция у богов. Макари был где-то в темноте и сырости. Он слышал громкие и зычные голоса. Они говорили на неизвестном языке. Макари счёл, что это Горк и Морк. Он мог с уверенностью сказать, что они дерутся. Он не мог этого видеть, но слышал громовые удары.

-Затем на пол упала крошечная зелёная искорка. От этой искры распространилась волна зелёного света, собираясь в круги, которые распространялись сами по себе. Макари понял, что находится в огромных извилистых пещерах, стены которых были влажными, красными и состоящими из плоти, как складки мозга. Зелёный свет изменил стены пещеры, покрывая красную плоть грибком и слизью. Из этой гадости возникла экосистема зеленокожих. Зеленокожие формы жизни, известные и неизвестные, рождались до тех пор, пока орки не выползли из родовых нор. Они не были похожи на орков, которых Макари видел раньше. Эти орочьи парни были крупнее боевых боссов и продолжали расти. Небеса внезапно заполнились бесчисленными зелёными звёздами. Когда они светили на орков, Макари увидел, что это были идеальные орки. Они были такими, какими должны были быть орки. Они сияли силой, затмевающей звёзды, и шагали по небу. Боги смотрели на них с неистовой гордостью.

-Титанические орки сражались с чем-то. Битва становилась всё больше и больше, а затем битва утихла, и боги тоже. Зелёный свет погас, пещеры снова потемнели. Орки потерялись, не зная, что делать.

-Затем орки напали друг на друга в великой оргии резни и бойни, которая длилась веками. Орки выжили, но их стало меньше. Все титанические орки давно умерли. Каждый раз, когда один из орков приближался к тому, чтобы превратиться в титанического орка и сбежать из пещеры в небо, его товарищи орки тащили его вниз и убивали. Так оставалось до тех пор, пока у одного орка не получилось. Орк победил всех соперников и заставил выживших подчиниться. Горк и Морк вернулись, чтобы посмотреть, как новый титан-орк поднимается по горе из трупов в небо. Титанический орк встретился взглядом с Макари. Грот мог видеть космические корабли, летящие по простору его единственного здорового глаза. Великий орк поманил Макари, и затем он исчез в Великой зелени.

-Видение исчезло, и Макари оказался наедине с ожившим Газкуллом. Газкулл опустился на одно колено и оказался лицом к лицу с Макари. Он сказал ему, чтобы он слушал внимательно, иначе он его побьет. Он сказал, что некоторые орки умны, некоторые сильны, а он - и то, и другое!

-Макари знал, что его судьба связана с Газкуллом. У богов есть планы на него, и Макари - их часть. Когда его жизнь перевернулась, Макари почувствовал, что у него нет другого выбора, кроме как бежать. Бежать, а не ввязываться в что-то опасное. Он крикнул Газкуллу, что что-то позади него, а затем дал дёру, когда Газкулл обернулся. 

-От рассказа о видении у Фалькс заболела голова. Влияние на Кассию и Хендриксена было более ощутимым, им было намного больнее. Что-то было в этом гроте. Затем Макари показал почерневшую отметину на плече, отпечаток ладони Газкулла, выжженный на плоти психической силой Газкулла. Ещё одно свидетельство того, что этот грот - тот, за кого себя выдаёт. Тем не менее, Фалькс хочет больше доказательств.

-Макари далеко не убежал. Газкулл кинул в него камнем. С поразительной точностью камень попал в Макари и опрокинул грота на землю. Газкулл приказал Макари записать всё, что грот видел вместе с ним в видении. Писать было нечем, поэтому Газкулл заставил грота пырнуть его и использовать кровь. 

-Макари нарисовал на куске металла титанического орка во всём его рогатом и многоруком великолепии. Он нарисовал его горе трупов, а вокруг головы титанического орка кружили космические корабли. После того, как грот закончил, Газкулл окропил лист металла кровью из раны в голове и сделал из него знамя. Газкулл дал гроту имя - "Макари", и приказал нести знамя и следовать за ним. 

-Газкулл бросает вызов боссу Смерточерепов на Урке. Он сказал ему, что тот оскорбляет богов. Сражения с другими орками и ссоры из-за людских руин. Он не был орком, и боги это знают. 

-Босс направил свою восьмиствольную пушку на Газкулла и спросил его имя, чтобы он мог написать его на своей пушке. В ответ загрохотал голос Газкулла: "Я босс всех оссов, пророк Горка и Морка. Они говорят через мои клыки, кулаки и мою голову. Я - Газкулл, и я принесу великую резню". Смущенный босс сказал, что имя больно длинное и целиком не влезет, а затем выстрелил в Газкулла. Чудом ни один выстрел не попал в цель.

-Когда Кусака сказал, что людями не понравится воцарившееся затем насилие, Хендриксен сказал ему, что тот будет удивлен и что орк ошибается, называя его человеком. Хендриксен мрачно улыбнулся орку, сверкнув клыками. Фалькс вспомнила, что дружелюбие и тепло Хендриксена были маской, скрывающей его бесчеловечность. В некотором смысле космодесантники были более чуждыми существами, чем ксеносы, с которыми она столкнулась; их знакомое обличие делали их еще более жуткими. Фалькс подумала об иронии, когда её коллеги-инквизиторы смотрели на неё свысока из-за сотрудничества с ксеносами, когда выживание человечества защищают существа, которые не были людьми.

-Босс был крупнее Газкулла и был одет в мега-броню. Однако она замедлила его движения. С терпением и методичной злобой Газкулл приступил к разбору босса на части. Орки чрезвычайно выносливы. Только крупнокалиберное оружие может их убить наверняка. В рукопашной вам придется разбирать их по частям. Этот бой был тому подтверждением. К концу драки босс был полностью побит и сломлен. Он лишился глаз, ушей, пальцев, и его челюсть свисала на кусочке плоти. Босс остался в виде едва живого обломка истерзанной плоти и искореженного металла.

-Когда Кусака упомянул, что собственные парни босса подбадривали Газкулла, Фалькс вспомнила то, что однажды сказал ей лорд-инквизитор Криптман: орки не могут устоять перед призывом вожака.

-Газкулл прикончил босса мощным ударом головы. В момент удара зелёная молния ударила с неба в шпиль улья, подаривший имя Ржавому шпилю. 

-Газкулл объединил орков в Ржавом шпиле и на близлежащей территории. Затем он приступил к объединению всех орков на Урке. Газкулл сказал Макари, что то, что он сделал с боссом, было расточительным и могло быть хуже. Макари счёл это странным. Обычно орки считали всё, что они делали, идеальным. Газкулл почти думал как грот.

-У Газкулла был план бросить вызов другим боссам в том, что у них получалось лучше всего. Испытания, с богами в качестве свидетелей, с условиями, чтобы никто не спорил, когда он выиграет.

-Газкулл бросил вызов спидбоссу Злых солнц в гонке. На гонку Газкулл выехал на не покрашенной в красный машине, безумец! Несмотря на явно невыгодное положение, Газкулл не отставал от босса, и тому пришлось прицелиться в соперника из шуты. Прежде чем босс успел выстрелить, запаниковавший Макари бросил болт в шуту. Болт заклинило в стволе шуты. Шута взорвалась, босс потерял управление и разбился. Газкулл похвалил Макари, и того разобрало от гордости. Макари не возражал, когда Газкуллу приписали все заслуги. Орки думали, что это Газкулл провернул трюк, так пусть это будет Газкулл. Так и должно быть. Босс выжил, однако переломал себе все кости. Он был настолько впечатлён Газкуллом, что присоединился к нему. 

-Газкулл вызвал босса Змеекусов на поединок в болоте. Газ обезглавил его. Отсечённая голова босса Змеекусов отказалась присоединиться к Газкуллу, поэтому Газкулл снова прикрепил голову к телу и снова сразился с ним. В очередной раз его обезглавил, и боссн снова сказал "нет". Но третий раз всё изменил. После третьего боя и обезглавливания босс Змеекусов наконец согласился присоединиться.

-Газкулл победил всех боссов, объединив весь Урк под своим знаменем. Затем он перепрофилировал атомные ракеты, чтобы доставить орков на орбиту планеты. Он захватил космические станции планеты и живших на них странные кланы тощих орков. Его влияние разрослось до тех пор, пока орки из остальной части системы не пришли клясться в своей верности, поскольку они знали, что он приведёт их к хорошей битве.

-Орки не хранят знания о прошлом по той же причине, по которой не строят гробниц. Прошлое мертво, и лучше оставить его гнить. Время с точки зрения орков было переполнено. Настоящее длится вечность, но приходит небольшими частями. Нет смысла забивать его тем, что было сделано, когда можно делать что-то прямо здесь и сейчас. В конце концов, как мёртвые орки, которые превращаются в грибок, порождающий следующее поколение, прошлое превращается в истории, которые становятся всё более правдивыми с каждым пересказом. 

-В этом отношении гроты отличаются от орков. Гроты хотят знать, что ненавидели их предшественники, на тот случай, если они не знали, что им следует ненавидеть это. Им нравилось изучать способы оскорбления своих хозяев, которые не причиняли им побоев из-за того, что хозяева их не понимали. Итак, гроты выцарапывали непотребства на всём на чём могли. Если вы заглянете под боевые фургоны, то, возможно, найдёте целую библиотеку, достойную злобы. Забавно, что, возможно, история расы орков запечатлена на пулях, которыми они стреляют друг в друга и во всех остальных.

-Газкулл страдает от головных болей. . В немалой степени это связано с Гротсником. Металлическая пластина в голове Газкулла не растёт вместе с ним. Он должен пойти к доку, чтобы исправить это. Злобный доктор делает всевозможные отвратительные вещи, копаясь в голове Газкулла. Например, высыпал внутрь его головы крошечных кусачих сквигов, тыкал в мозги инструментами и даже отмачивал классические хохмы- оставил гаечный ключ внутри.

-Орки называют блаженство, которое они испытывают в битве, Рукх-разжа (Rukkh-razzha). 

-Газкулл знал, что в конце концов орки, жаждущие драки, обратятся друг против друга. Поэтому он произнёс великую речь, пообещав им, что приведёт их к звездам, где их ждёт настоящая битва. Затем спросил, что для орков боль? Когда орда орков ответила, что это ничего не значит, он сказал, что небольшая боль от отсутствия битвы не сломит их. Если они будут упорно трудиться вместе и держаться подальше от распрей, то боги вознаградят их. Они поднимутся к звездам и погрузятся в бесконечную Рукх-разжа, сражаясь за то, чтобы раскрасить звёзды в зелёный цвет.

-Орки прониклись этой речью и провозгласили Ваагх!, который эхом разнёсся по всей планете. Когда орки приветствовали своего большого босса, в небе начало появляться зелёное сияние. Зеленокожие восприняли это как знак победы, но Газкудд знал, что это такое. Это был не просто знак его судьбы, а предупреждение богов не терять время зря. 

-Фалькс задумалась над этой частью истории. Она изучала историю Урка и его системы. Звезда в этой системе умирала. Зелёные полярные сияния были всего лишь последним излучением звезды, собирающейся взорваться сверхновой, а не работой богов. Газкулл не мог этого знать. Однако влиятельные орки до безумия знали, что им делать, даже не зная.

-Жизнь становилась всё хуже, потому что на Урке становилось всё холоднее по мере угасания звезды. Орки ютились рядом с атомными реакторами, чтобы согреться. Обычно немного радиации шло на пользу оркам, но этого было уже слишком. На их телах были признаки радиационного отравления, но они решили, что это лучше, чем замерзнуть насмерть. Еды не хватало, что вынудило орков съесть всех низших зеленокожих; только статус Макари спас его от этого. Чтобы орки не усомнились в своей цели, Газкулл поклялся, что встанет на балкон своей крепости и не сдвинется ни на дюйм. Он не станет ни есть, ни пить. Он останется стоять так, пока не придёт награда от богов.

-Понять, сколько прошло времени было невозможно, но Газкулл стоял как статуя, вдохновляя орков работать, пока работа не была сделана. Его тело было покрыто льдом и снегом, и Макари казалось, что он наконец умер. Когда он проверил своего босса, Газкулл закашлялся, и его грудь вздрогнула. Он сказал ему, что немного забыл дышать.

-Терпение и настойчивость орков были вознаграждены, когда варп разлом извергнул космический скиталец возле орбиты Урка. Газкулл крикнул, что он же говорил им, и приказал оркам отправиться к звёздам. Пришло время войны. Орочьи таранные корабли и десантные корабли подлетели к космическому скитальцу. Ворвавшись внутрь , они обнаружили, что скиталец не пустой. Он был наполнен демонами Хаоса. Это не только не напугало орков, но привело изголодавшихся до битвы орков в бешенство. Последовавшая бойня была настолько жестокой, что орки буквально купались в крови и демоническом ихоре. Орки, особенно сам Газкулл, были в восторге от сражений с другими врагами, кроме орков. Для Газкулла это был особенный момент. Вместо того, чтобы обессилить от прилива демонов, орки ускорились и стали более воинственными, и по мере того, как всё больше орочьих кораблей пробивалось внутрь скитальца, демоны оказались в меньшинстве. 

-Когда орки достигли машинного отделения, они обнаружили кольцо, подвешенное в воздухе над пропастью, которое вело к чистому вакууму пустоты. В кольце был варп-портал, который светился красным и выплюнул Кровожада. 

-Газкулл вызвал высшего демона на дуэль. Газкулл позволил Кровожаду ударить его хлыстом. Тот прорезал его броню и оторвал большой палец. Затем он схватил кнут здоровой рукой и вырвал его из хватки демона. Он швырнул кнут в пустоту и бросился на демона. 

-Газкулл изобразил, что собирается нанести мощный удар. Когда демон приготовился защититься от него, Газкулл ударил его ногой в живот, в результате чего демон рухнул на землю. Прежде чем демон успел среагировать, Газкулл прыгнул на него и прижал к земле. Потом он начал бить его руками. Он продолжал избивать его, пока демон не перестал двигаться.

-Газкулл поднял изуродованного демона над головой и бросил его обратно в варп-портал. Газкулл крикнул в варп: "Это всё? Это было жалко. Пошлите что-нибудь побольше". Из варп-портала больше ничего не вышло, и Макари поклялся, что варп-разлом как будто бы сжался. 

-Затем Газкулл ударил варп-портал головой. У орков удары головы имеют особое значение, практически духовное. Во время этого действия орки используют то, что им одновременно дали и Горк, и Морк. Использование того, чем ты думаешь, чтобы ударить что-то, это так по горкаморковски. Во вспышке зелёной энергии варп-портал закрылся.

- После битвы Газкулла с демоном и закрытия варп разлома Гротсник подходит к Макари и поздравляет того с победой босса. Затем выкидывает несчастного грота в космос. Макари летит в пустоте вакуума и замечает оторванный палец Газкулла. Он хватает палец и держит его до тех пор пока не умирает во вспышке звезды. Не самая плохая смерть для грота.

- Как только Макари упоминает о своей смерти тупые людишки начинают орать. Как он может быть мертв если он сидит перед ними? Макари объясняет, что это все благодаря реинкарнации! Когда его спрашивают про отметину Газкулла Макари отвечает, что она появляется каждый раз, когда грот перерождается сравнивая эту метку со стигматами имперских святых.

- Фалькс решает проверить грота. Приводят поехавшего крута, который сидит в каком-то аквариуме, так он мутировал ( Xotal the Cupbearer). Настоящего гения в плане распознавания ДНК и употребления разной плоти. Он попробовал даже плоть Тау, что мягко говоря запрещено и за что его изгнали.

- Кусок кожи с отпечатком лапы Газкулла отрезают от Макари и скармливают Ксоталу. Тот говорит, что на вкус плоть Макари странная и затем замолкает, а спустя некоторое время крут покрывается зеленым грибком и умирает в муках (ну тупые круты ). Для Фалькс это доказательство, что перед ними настоящий Макари.

Развернуть

Primaris Space Marine Space Marine Imperium soul drinkers wh_books Wh Other ...Warhammer 40000 фэндомы 

Немного условно свежей (актуальной) инфы про Испившим Душу.

Одно небольшое произведение, от Бени. Время действия - Индомитус. Орден - пересозданный из Примусов. Задаются вопросами, кто они, в честь кого и что стало с их предшественниками. Персонажи местами тактически хохмят, превозмогают и ЗаИмператорствуют во благо Человечества. Болтерпорно есть. "Если бы он был простым человеком... Но он был космическим десантником!" тоже есть. Всё, как мы любим.

Почитать самому в .fb2

Почитать самому в .epub

Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,фэндомы,Primaris Space Marine,Space Marine,Adeptus Astartes,Imperium,Империум,soul drinkers,wh_books,Wh Other

Развернуть

Sebastian Yarrick Commissar (wh 40000) Astra Militarum Imperium Wh Books Wh Other ...Warhammer 40000 фэндомы 

Sebastian Yarrick,Commissar (wh 40000),Astra Militarum,Imperial Guard, ig,Imperium,Империум,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,фэндомы,Wh Books,Wh Other

Развернуть

СПОЙЛЕР Roboute Guilliman Primarchs Wh Books Wh Other ...Warhammer 40000 фэндомы 

Отрывок из 3 Темного Империума, где Жиля решил, что жесткий режим Папы был верным.

Робаут Жиллиман шёл по залам, по которым вот уже несколько тысячелетий не ступала нога ни одного лоялиста, и задавался вопросом, бывал ли он здесь раньше.
Корабль был древним, он был сконструирован ещё до Великого крестового похода. Хотя, естественно, это не означало, что корабль был таким старым, время в варпе текло иначе, поэтому вполне возможно, что корабль служил под знаменем Императора давным-давно. Возможно он был во флотилии, которая прибыла на Барбарус вместе с Императором, неся один из первых легионов, тогда известных как Сумеречные рейдеры, для встречи с их отцом? Может он приносил послания Имперской истины на забытые миры? Был ли он радостно встречен разбросанными отпрысками человечества или насильно заставил подчиниться тех, кто отверг мечту Императора о братстве?
Жиллиман знал, что те времена были жестокими, и считал применяемые методы экстремальными. В тайне он не одобрял кое-что из того, что сделал его так называемый отец, хотя на самом деле даже самое ужасное злодеяние было ничем иным, как тем, что сам Жиллиман совершил в Ультрамаре, только в большем масштабе. Он думал, что цель акта насилия одна и та же, будь то одиночное убийство или разрушение города. Во время Великого крестового похода он всем сердцем принимал жестокость Императора как средство для достижения цели.
И всё же...
Сожжённые миры. Цивилизации стёртые с лица галактики, инопланетные виды доведенные до вымирания. Столько смертей для достижения мира.
А потом случилась Ересь, и правда о том, что Император скрывал, была брошена ему в лицо.
Даже во времена крестового похода Жиллиман боролся со своей совестью. Он спорил со своими братьями о нравственности их действий. Он не соглашался с некоторыми из их методов. Некоторых из них, таких как чудовище Кёрз, он открыто презирал. Но когда он шёл по этим коридорам, истекающим грязью и неестественным разложением, этим пространствам, отрицающим все законы физики, когда он увидел, что было сделано с владениями Императора, что было сделано с его собственным королевством Ультрамар, тогда он подумал, что все эти методы справедливы.
Куда бы сейчас этот корабль ни отправился, ему нигде не будут рады. Его никогда не посчитают освободителем или спасителем. Упадёт ли его тень на миры человечества или ксеносов, ему нечего было предложить, кроме груза боли, разложения, болезней и скверны. Это была катастрофа, застрявшая в бутылке, умышленно выпущенная на свободу.
Возможно, в конце концов, ничего нельзя было исключать. Возможно, ни одно дело не было слишком мрачным, чтобы сдержать ужас, , который нёс с собой Хаос. Не было ни этики, ни морали, ничего, чем нельзя было пожертвовать ради сохранения вида, чтобы человечество выжило вопреки всему.
Может быть, это то, чего Жиллиман раньше не понимал. Он начинал думать, что теперь понял это, хотя его душа горела от принятия этого.
Теоретически: в конце концов, Император был прав во всём.
Эльдары, некроны, остальные мыслящие существа галактики, они были намного хуже людей. Эльдары настаивали на том, что они более нравственны, более утончённые, в то время как половина из них манипулировала каждым существом, до которого могла дотянуться, чтобы обеспечить себе малейшее преимущество, в то время как другая половина трусливо предлагала страдания невинных, чтобы спасти себя. Все они были одинаково высокомерны.
Некроны пошли другим путём, в своём роде ещё более ужасном - путём бездушного существования. Теперь они были открыто противопоставлены человечеству, второму и ужасному врагу. Вокруг Нексуса Пария вспыхнула неожиданная война, связавшая неисчислимое количество кораблей Жиллимана, поскольку Империум стремился сдержать угрозу, и тем не менее, по словам Велизария Коула, технология, которую они использовали, могла спасти их всех.
Он вспомнил времена, когда он высказывал свои опасения, и получал на них успокаивающие ответы. Император страстно выступал за единство человечества, за повторное открытие утраченной мощи и утраченных технологий. Он никогда не упоминал Хаос. Ни разу.
Жиллиман думал, что он тоже это понимает, потому что жестокая галактика требовала жестокого режима, чтобы сохранить свою безопасность. Хаос всегда предлагал спасение от угнетения, соблазняя огромные и изобилующие стада человечества бежать от того единственного, что сдерживало кошмары, прямо в их объятия.
Теоретически: Император задумал эту фазу как временную. Вместо этого она тянулась с момента его восхождения на Золотой трон. Практически: именно Жиллиману придётся всё исправлять.
Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,фэндомы,СПОЙЛЕР,Roboute Guilliman,Primarchs,Wh Books,Wh Other
Развернуть

Salamanders Raven Guard Imperial Fists Ultramarines Iron Warriors Skitarii Horus Heresy Wh Books хайрез репост ...Warhammer 40000 фэндомы Space Marine Imperium Adeptus Mechanicus Wh Past Wh Other Neil Roberts 

Хайрез и без надписи репост поста и поста | Обложка книги Роба Сандерса - "Кибернетика"

Neil Roberts,Salamanders,Space Marine,Adeptus Astartes,Imperium,Империум,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,фэндомы,Raven Guard,Imperial Fists,Ultramarines,Ультрамарины,Iron Warriors,Skitarii,Adeptus Mechanicus,Mechanicum,Horus Heresy,Ересь Хоруса,Wh
Развернуть

Mortarion Primarchs Typhus the Traveller Death Guard Wh Books Wh Other СПОЙЛЕР ...Warhammer 40000 фэндомы 

Разговор Мортариона и Тифуса из третьего Темного Империума.

В часовне Мортариона все часы застыли. Демонический примарх Гвардии Смерти был окутан чёрными нитями, пронизывающими его кожу и глаза. Благодаря тёмному чуду Mycota Profundis он общался со своим отчуждённым генетическим сыном, Тифусом, и примарху не нравилось то, что он слышал.


-Я не могу прибыть на Якс, Мортарион, у меня приказ от высшей силы,-сказал Тифус.-Со мной Первая, Третья и Четвёртая чумные роты. Мы возвращаемся к Бедственным звёздам.


Замогильный голос Тифа исходил от идеального воссоздания его плеч и головы, живого бюста, представленного в разрезе как вивисектированный анатомический образец. Трубки и органы двигались под слоями костей, жира и брони. Рана, нанесённая Тифусу братьями-ведьмаками Императора, всё ещё беспокоила его, спустя месяцы после битвы за Галатан. Внутри его тела были новые почерневшие участки, с которыми с трудом справлялись даже регенеративные силы Нургла. Клинок капитана Груда из Серых рыцарей ранил глубоко. Постоянный гул Разрушительного роя, приютом для которого служило его тело, был приглушён.


-Ты ранен. Страх взял верх над тобой,-произнёс Мортарион. Удовольствие, которое примарх испытывал по поводу неудачи своего сына, было передано вместе с его словами, и Тифус вздрогнул.


-Страх не имеет к этому никакого отношения, мой генетический отец, - сказал Тифус. -Я - смертный Вестник Нургла. Наш бог велел мне вернуться. Я должен идти, и ты тоже. Твои материальные владения сейчас находятся под атакой. Великая война между богами началась.


-Нет!-воскликнул Мортарион.-Я не брошу эту кампанию. Мы близки к победе. Жиллиман умрёт от моей руки, и его царство станет нашим. Не три мира, посвященных разложению, а сотни! Миллиарды душ созрели для жатвы. Мой брат приближается. Ловушка установлена. Я схвачу его.


-Послушай меня, Мортарион, - терпеливо сказал Тифус, ещё больше рассердив примарха. -Ты должен прислушаться к этим вестям. Я пришёл к тебе не как твой сын или первый капитан, а как вестник дедушки Нургла. Ты должен вернуться. Это не просьба. Ему нет дела до твоей вражды с братом. Изменения нарушают цикл смерти и возрождения. Это настоящая война. Оставь в стороне своё мелкое соперничество, тебе приказывает твой бог.


-Да как ты смеешь,-произнёс Мортарион.-Как смеешь ты обращаться со мной словно с непослушным ребёнком.


-Я исполняю свою роль, как повелел наш бог, - сказал Тифус.-С твоей стороны было бы разумно исполнить свою, как его чемпиона.


- А где эти команды, Тифус? - выражение лица Мортариона исказилось так, что чёрная филигрань мицелия сломалась и снова сформировалась на его лице. -Сам Нургл спустился из своего тёмного дома, чтобы рассказать тебе? Я ничего не слышал ни от смотрителя, ни от нечистоплотных, ни от кого-либо из его принцев, поэтому он мне не приказывает. Я не позволю, что ты снова мной манипулировал.


-Он по-своему сообщает мне о своей воле, отец, - сказал Тифус. -Есть предзнаменования, есть импульсы. Мне были посланы видения, мне были даны знамения.


-Даже личного визита не было? - усмехнулся Мортарион. -В таком случае я должен немедленно отказаться от своей победы, - саркастически сказал он.


- В вестнике не было бы необходимости, милорд - если бы вы только прислушивались к варпу, вы бы тоже его услышали, - спокойно сказал Тифус. -Я выступаю на его стороне. Приказ верен и крайне важен. Нам нужно уходить немедленно.


-У меня и здесь забот по горло, - отрезал Мортарион. -Прочь. Я сын его величайшего врага и один из его лучших слуг. Если он хочет командовать мной, то пусть делает это сам.


-Отец, ты сам это сказал, ты слуга. Не забывай об этом. Ты примарх, но служишь богу. Предупреждаю тебя. Существует иерархия. Дедушка не показывается. Он всё. Он везде. Он узнает, что ты бросаешь ему вызов. Это самая чёткая команда, которую ты можешь получить. Считай это предупреждением.


-Я не подчиняюсь тебе, первый капитан,- крылья Мортариона ударили один раз, раздувая зловонные пары его часовни. -Ты всем обязан мне.


-Ты что-то путаешь, повелитель. Это я привёл тебя к тому, чем ты являешься сейчас. Ещё раз, я выполняю свои обязанности вестника ради твоей же пользы.


-Ты змея, Тифус. Всегда ею был, и всегда будешь.


-Да будет так,-ответил Тифус.-Ты переоцениваешь свою ценность. Твоё высокомерие ослепляет тебя. Ты бросил вызов Нурглу, развязав эту войну, и бросаешь вновь, желая остаться. Нургл - снисходительный дедушка. Он наслаждается деятельностью своих детей, какими бы своенравными они ни были, но у него есть пределы. И ты быстро приближаешься к ним. Если ты нарушишь их, будет только одно последствие, Мортарион. Дедушка будет недоволен. Сильнейшая ярость исходит от самых благодушных. Не заставляй его…


Мортарион зашипел от ярости. Из прикрепленного к его лицу респиратора заклубился зелёный и фиолетовый дым. Он взмахнул косой, срезав стебель гриба, на котором был изображён Тифус. Тифус зарычал, когда фантомная боль дошла до него через варп, и образ рухнул, уже растворяясь. Он упал на землю во всплеске чёрной материи и исчез.


Мицелий, поддерживающий Mycota Profundis, сморщился. Мортарион вырвался из его объятий прежде, чем тот полностью разложился, в результате чего питаемый варпом гриб разразился человеческим голосом.


- Я - Мортарион, повелитель Гвардии Смерти! Несущий чуму, могучий, неукротимый, - воскликнул он. В стеклянной тюрьме на огромных центральных часах душа его инопланетного приёмного отца заметалась в ужасе. - Никто не смеет мне приказывать!


Гнев Мортариона проявился в виде взрыва психической энергии, волной прокатившейся от него через тысячи его часов. Когда волна коснулась их, они пришли в движение. Часовня наполнилась разобщённым звуком идущих часов.


-Никто,-повторил он.-Ты слышишь меня? Никто!

P.S Вонючка Мортарион уверенно занял место возле параши, обойдя по отстойности даже безмозглого Ангрона.

Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,фэндомы,Mortarion,Primarchs,Typhus the Traveller,Death Guard,Wh Books,Wh Other,СПОЙЛЕР
Развернуть

Nurgle Chaos (Wh 40000) Wh Books Wh Other СПОЙЛЕР ...Warhammer 40000 фэндомы 

Еще чуть-чуть из третьего Темного Империума, где говорится, что богу хаоса может быть больно.

Продолжение к постам http://wh.reactor.cc/post/4812507 

http://joy.reactor.cc/post/4812535


Ротигус чувствовал себя пустым, как деревья, сгнившие изнутри без новой извивающейся жизни, которая могла бы заменить то, что было потеряно. Он и все остальные аспекты Великого Дедушки чувствовали то же самое, потому что в начале и в конце все они были его частью.
Нанести вред саду означало ранить бога.
Несуществующая земля задрожала. В иерархии шептались, что, возможно, ожоги никогда не заживут, и что Нургл беспокойно метался во сне от боли. Волнения в жидкой земле продлятся ещё несколько эонов, по меньшей мере. Ротигус чувствовал это в воздухе, чистое пламя в святом зловонии Нургла. Он чувствовал это в своей душе как пылающий шрам. Он поёжился, чтобы унять боль, но ничего не вышло. Рот в его животе и руке был плотно сжат от дискомфорта.

Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,фэндомы,Nurgle,Chaos (Wh 40000),Wh Books,Wh Other,СПОЙЛЕР

Развернуть
В этом разделе мы собираем самые интересные картинки, арты, комиксы, статьи по теме Wh Books (+322 картинки, рейтинг 2,320.1 - Wh Books)