Wh Песочница

Wh Песочница

Подписчиков: 70     Сообщений: 8337     Рейтинг постов: 38,381.9

Wh Песочница Wh Other Imperium Primarchs Roboute Guilliman mgs Metal Gear MGS V спизжено anon ...Warhammer 40000 фэндомы 

Робаут Жиллиман: "Почему мы ещё живы? Чтобы страдать? Хорус отправил нас в ад...Но мы пойдём ещё дальше и вернём всё, что мы потеряли!" Селестина:"Роб...я уже демон"
Punished Guilliman
a hf>rr	hv his homeland,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,Wh Песочница,фэндомы,Wh Other,Imperium,Империум,Primarchs,Roboute Guilliman,mgs,Metal Gear,mgs, Metal Gear Solid, ,MGS V,спизжено,anon
Развернуть

Wh Песочница Dark Heresy fantasy flight games (Wh 40000) ...Warhammer 40000 фэндомы 

03. Кошмар во сне и наяву

Отлитые из бронзы буквы «Officio Medicae» венчали вход в выложенное из белого камня здание больницы. Вид у всего госпиталя был неидеальный – тут трещинка, тут щербина – он походил на обстрелянного ветерана. Впрочем, несмотря на внушающий уважение внешний вид, само по себе это учреждение редко принимало у себя военных – война велась далеко от Ферромата и куда более частыми пациентами здесь были заводские рабочие да адепты Администратума, на голову которым свалилась очередная кипа документов с той самой полки, что расположена достаточно высоко, чтобы можно было подумать о лестнице, но вместе с тем достаточно низко, чтобы все-таки попытаться достать так.


Госпиталь стоял на одной из площадей – в столице их было предостаточно, начиная с помпезной «Форум Майорис» перед губернаторским дворцом и заканчивая маленькими пространствами, которые и площадями-то назвать стыдно. Занятая госпиталем площадь по своей значимости располагалась аккурат посередине списка.


Сейчас к зданию Оффицио Медика приближались двое мужчин. Один – слегка небритый, крепко сложенный и одетый в серую военную форму с нашивками 1-ого Ферроматского полка механизированной пехоты. Второй носил чёрную комиссарскую шинель и островерхую гербовую фуражку.


- Эй, док! – Задрав голову, крикнул «наверх» первый, адресуясь открытому окну на втором этаже. – Пусти к нашим повидаться!


Но ответом ему было лишь молчание.


- Мэтт! – Крикнул второй, комиссар Маркус Аврелий из 1-ого Ферроматского полка механизированной пехоты.


Никакого эффекта.


- Нет, через дверь я не пойду. – Сказал первый из кричащих, рядовой Густав Цугцванг, как только комиссар обратил на него свой взгляд. – Меня в прошлый раз чуть не побили, когда я наследил. – И он указал на свои нечищеные сапоги.


Комиссар хмыкнул. Ему тоже не хотелось как простой смертный, заходить в госпиталь через регистратуру и прочие формальности. Тем более что они и не лечиться пришли, а повидаться со своими товарищами, рядовыми Билли и Арком, что отлеживались у Мэтта, врачующего их честно полученные в бою раны.


- Которые из окон – от их палаты, рядовой?


- Вроде вон те. – Указал Густав на два окна второго этажа. Одно из них было открыто.

Аврелий измерил взглядом расстояние.


- Думаю, если ты меня подсадишь, я смогу туда залезть. А потом затащим тебя.


- Это не совсем… правильно, сэр. – Сдержанно отозвался солдат. – Доктор Мэтт может…


- Я комиссар. – Напомнил Аврелий. – Давай, подсади меня.


Пыхтя и ругаясь, Густав кое-как подсадил комиссара и тот взялся за раму, готовясь залезть внутрь, в комнату. А в следующий момент из глубины этой комнаты раздался немного истеричный вопль и выстрел.


* * *


- Вы закончили, Мэтт?


- Да, инквизитор. – Врач отошел от операционного стола, на котором лежал молодой, но совершенно седой человек. Несмотря на то, что он сейчас был без сознания, пальцы этого пациента беспорядочно дергались, а губы – шевелились, будто он что-то шептал себе под нос.


- Что говорят когитаторы? – Спросил инквизитор, доставая из-за пазухи трубку.


- Не совсем ясно, шеф. – Пожал плечами тот. – Разум этого человека очищен полностью, но… - Врач покосился на стоящее рядом с операционным столом загадочно гудящее устройство. – Даже с помощью этой штуки, я не могу прочесть его мысли. Ни когда он был в сознании, ни сейчас. Но его личность надежно затёрта.


- Хорошо. – Кивнул инквизитор Лазарь, набивая свою трубку. – Это нам и нужно. Давай выйдем. – Он указал на дверь.


Инквизитор и его слуга, покинув операционную, вышли в коридор и зашагали по лестнице. Мутные светосферы слабо освещали окружающую обстановку, выхватывая из тьмы лишь по несколько ближайших ступеней и часть стен.


- Ещё один пролёт и мы на первом этаже. – Проговорил Мэтт.


Инквизитор чуть иронично посмотрел на него.


- Спасибо, я ещё не запыхался. - И разжёг трубку, тут же выпустив кольцо дыма.


Они поднялись из подземных помещений на первый этаж. Панель, которой закончился коридор, отъехала в сторону, стоило Мэтту чуть надавить на неё в нужном месте и доктор со своим шефом оказались в небольшом кабинете.


Лазарь сел в глубокое кресло, Мэтт расположился за столом, что стоял у закрытого и плотно занавешенного окна.


- Вы хотите мне что-то сказать про этого парня? – Спросил Мэтт, наблюдая как инквизитор выпустил ещё одно кольцо дыма.


- Немногое. Немногое, но распространяться даже об этом не следует. Этот человек – псайкер, как ты догадался, исследуя его мозг.


- Конечно. – Кивнул доктор.


- Хорошо. У меня есть свои причины для того, чтобы он забыл навсегда то, что однажды – не так уж и давно – увидел и узнал. Чтобы его разум был очищен от… – Он сделал многозначительную паузу. – Лишнего.


- А что мне делать, когда я приведу его в чувство? У него будет много вопросов.


- Конечно. – Утвердительно кивнул инквизитор. – Все, что ты должен ему сообщить – теперь он состоит на моей службе. Я думаю, этот человек неплохо притрётся к «штрафникам». Что с энграммами?


- Я установил обычный набор. – Пожал плечами доктор. – От вас не было каких-то особых указаний. Стандартные энграмматические индукции в кору головного мозга.


- Большего не требовалось. – Лазарь откинулся на спинку кресла.


- Вы полагаете, что переживший такую чистку будет ценным слугой? – Спросил Мэтт. – Не то чтобы я возражал против подобных процедур, но…


- Ни одному псайкеру в этой галактике чистка разума не будет лишней. – Хмыкнул Лазарь. – Думаю, мои коллеги из Ордо Еретикус согласились бы.


Мэтт промолчал, будто бы не хотел спорить с авторитетом «коллег».


- А как его имя?


- Имя? – Переспросил Лазарь. – Тит. Тит Марий Торкват. – Он выложил на стол несколько бумаг. – По этим документам, он – псайкер-санкционат, приписанный к 1-ому Ферроматскому. Пусть заступает на службу.


Инквизитор, загасив трубку, резко поднялся с кресла.


- Когда он очнется, закрывай лабораторию и переноси все оборудование на мой корабль. Через несколько дней я отбуду с Ферромата, скорее всего, надолго. Приглядывай за «штрафниками», чтобы не выкинули чего.


- До встречи, инквизитор. – Склонил голову Мэтт.


- Надеюсь.


Когда Лазарь вышел, доктор отправился выводить своего «пациента» из бессознательного состояния. Внутренне Мэтт благословлял Императора, что сам не родился псайкером и не испытал всего того ужаса и презрения, что выпадает на долю «припадочных», «страшил», «мутантов», как обычно называют этих людей местные.


- Ну что ж, проснитесь и пойте, Тит, проснитесь и пойте… - Проговорил Мэтт, вводя в сосуды пациенту стимулятор.


Тот задергался, забормотал что-то будто сквозь сон ещё громче чем раньше, принялся судорожно сжимать и разжимать пальцы.


Мэтт нахмурился. Псайкер уже должен был пробудиться, но видимо, его организм требовал больше стимулятора для того, чтобы выйти из той кататонии, в которую его вогнала процедура очищения разума.


После следующей порции псайкер вскрикнул и резко распахнул глаза. Огромные зрачки, почти скрывавшие радужку, невидяще смотрели в потолок.


Доктор отошел от кровати. Он сделал, что нужно, теперь нужно дать парню немного времени.


Псайкер лежал неподвижно, глядя в пустоту ещё с полминуты. Потом он резко поднялся, сел и уставился на Мэтта.


- Кто ты? – Выкрикнул он.


- Меня зовут доктор Мэтт. – Успокаивающе проговорил врач. – А тебя – Тит.


- Тит? – Переспросил он, слегка сбитый с толку.


- Тит Марий Торкват. – Сказал доктор. – Запомнил?


- Да…


- А что ещё помнишь?


- Я… - Псайкер замолчал и нахмурился, а Мэтт внутренне мог поздравить себя с профессиональным успехом – похоже, чистка разума прошла успешно – если бы он что-то помнил, то сейчас бы выложил, врать, будучи в таком состоянии, человек вряд ли бы смог.


- Ничего... – Потерянно проговорил Торкват. – Что со мной? Кто я? – Его голос становился все более нервным и требовательным.


- Я тебе расскажу. – Все так же успокаивающе говорил Мэтт. – Ты не хочешь есть?


- Я… да. – Неожиданно резко кивнул тот. – Хочу. Есть… Я давно не ел. – И он облизнул языком сухие, бледные губы, едва выделявшиеся на таком же пергаментно-бледном лице, совершенно не вяжущимся с тем фактом, что этому человеку немногим больше двадцати лет.


Он встал с кровати, зашуршав мантией, в которую было укутано его тело.


Мэтт провел псайкера тем же ходом, выведя его в тот самый кабинет, в котором получасом назад он разговаривал с Лазарем.


Врач тут же вернул на место стенную панель, что скрывала ход в подвал. Будет не очень здорово, если кто-нибудь потом обнаружит комнату, полную оборудования для чистки мозгов, проход в которую, вдобавок, начинается в кабинете доктора Мэттьюза, уважаемого члена ферроматского Оффицио Медика.


Мэтт сделал приглашающий жест, увлекая Торквата за собой, в коридор, а потом – на второй этаж, в свою приёмную. Если вдруг у кого и возникнут вопросы – то почтенный эскулап просто беседует с очередным пациентом.


- Садись. – Доктор указал на кресло, что стояло у одной из стен. Торкват сел, жадно вдыхая свежий воздух, что попадал в приёмную через открытое окно.


- Вы так и не рассказали мне, кто же я такой. – Проговорил он.


- Вы – псайкер. Санкционат. – Отозвался врач, внимательно глядя на своего пациента.


Лицо Торквата немного исказилось, и он дернулся, будто невидимая иголка слегка ткнула его прямо в мозг.


Мэтт удовлетворенно кивнул. При очищении разума первым делом старались затереть саму личность, не трогая полезные навыки, умения или знания. Но удавалось это не всегда. Затем и были нужны энграммы – встроенные в кору головного мозга, они сейчас вовремя «подсказали» Торквату значение слова «псайкер», знание о котором стало побочной жертвой очищения. Но теперь оно снова с ним. Всегда полезно знать, кто ты такой, черт возьми.


- Почему со мной сделали… то, что сделали? – Спросил он.


- Я не знаю. – Покачал головой Мэтт, который действительно ничего не знал. – Знает только Лазарь.


- Кто?


- Инквизитор Лазарь Полонус. – Объяснил Мэтт. – Я работаю на него. Как и ты теперь. Он – наш начальник. Нет, не царь и Бог, ведь у нас есть только один Бог.


- Император. – Тут же отозвался псайкер, будто хватаясь за это святое слово как за соломинку, держась за которую приходиться лететь над морем тьмы и безумия.


Доктор одобрительно улыбнулся. Он нарочито вел беседу так, чтобы в ней непременно был упомянут Он. Торкват произнес имя Императора с воодушевлением и радостью. Если бы было иначе…


- Я – на службе у Лазаря? – Переспросил Торкват, переживая новую вспышку колющей боли, что растолковывала ему все доступные сведения об Инквизиции.


- Да. У него, и у всего Империума. – Подтвердил доктор.


- Но почему?


- Я не знаю. – Снова покачал головой Мэтт и сменил тему. – У меня есть кое-что для тебя.

Торкват заинтересованно смотрел, как Мэтт вынимает из несгораемого шкафа какой-то сверток.


- Это теперь твоё. Небольшой подарок от Лазаря. – Прокомментировал передачу свертка доктор. – И вот ещё. – Он протянул псайкеру посох.


Тот, встав, осторожно принял обе вещи и поблагодарил. Потом, повинуясь ободряющему взгляду Мэтта, положил сверток на стол и открыл его. В нём оказались лазерный пистолет с батареей для него, стаб-револьвер, небольшой изящный кинжал, колода карт Имперского Таро, небольшой молитвенник, знак псайкера-санкционата и мешочек с тронными золотыми.


Торкват неуверенно взял в руки лазпистолет… и в следующий же момент, оружие, будто повинуясь неким заложенным рефлексам, легко и непринужденно легло в руку, а палец дрогнул возле предохранителя.


- Я знаю, как стрелять. – Сообщил Торкват. – То есть… не думал, что это умею, но умею.


Мэтт сдержанно улыбнулся. Это тоже была часть подготовки очищенных. В них вкладывали какие-нибудь полезные умения. При этом сам Мэтт считал, что если человек оказался достаточно ценен, чтобы его очищали, а не просто убили – значит, его стоить научить защитить себя.


Псайкер отложил пока лазпистолет на стол и рассовал по карманам кошелек и знак санкционата.


Взяв в руки кинжал, Торкват вновь слегка дернулся и ещё больше побледнел. Энграммы услужливо подсказали ему, что он держит в руках мизерикорд псайкана, специальный кинжал, которым он должен будет вскрыть себе вены, если почувствует, что не может контролировать призванные им самим энергии варпа. Более того – холодок пробежал у Торквата по спине, когда он понял, что так и сделает – потому что не сможет сделать иначе.


Чтобы успокоиться, он положил нож обратно и взялся за револьвер.


Он лег в руку не так хорошо, видимо тут одна из энграмм сбилась. Оружие немного ходило из стороны в сторону. Псайкер отчетливо чувствовал, что с этой штукой ему обращаться намного сложнее. Чтобы проверить, он положил револьвер на стол и снова взялся за лазпистолет. Торкват вскинул его, держа его обеими руками, предусмотрительно целясь не в своего доктора, а в сторону окна. Руки немного дрожали, но это не удивительно – сегодня такое пришлось пережить, да и потом…


А потом в окне появилась покрасневшая и пыхтящая рожа, увенчанная комиссарской фуражкой. Торкват дернулся и выстрелил.


* * *


Когда человек, которого ты подсаживаешь, чтобы он забрался в окно второго этажа, неожиданно вскрикивает и, размахивая руками, падает назад, спрашивать его «Все в порядке?» довольно глупо. Но Густав именно это и сделал, добавив уставное «сэр».


- В порядке. – Отозвался комиссар. – В меня выстрелил какой-то псих!


- Арк? Он же лежачий. – Удивленно проговорил солдат, помогая Аврелий встать на ноги.


- Да не Арк. – Отмахнулся комиссар. – Совсем другой тип.


- Эй, диверсанты! – Раздалось сверху.


Густав и Аврелий синхронно подняли головы. Из окна высовывался Мэтт.


- Ошиблись окном? – Иронично спросил он.


- Вроде того. – Отозвался Аврелий. – Мы к Билли и Арку хотели зайти, а ты что-то не отзывался.


- Хотели, как нормальные люди, своих навестить. – Поддержал комиссара Густав.


- Нормальные люди в окно не лазят. Тем более не в то. – Отбрил его Мэтт. – Ладно уж, залазьте, поговорим.


* * *


- О! Так ты наш! – Поднял брови комиссар, разглядывая документы Торквата, в которых было указано, что псайкер приписан к тому самому батальону, в котором служили сам комиссар, Густав, Арк и Билли.


- Я тоже работаю на Лазаря. – Пояснил псайкер, который едва успел представиться.


- Ага… - Аврелий вернул Торквату бумаги. - Эй, рядовой, ты чего?


Густав, стоявший до этого рядом с комиссаром, теперь уже был у самой двери.


- Разрешите проведать наших? – Немного нервно спросил он.


- Иди-иди. – Отозвался комиссар, отметив про себя, что ферроматец Густав явно разделял общее для планеты предубеждение по отношению к псайкерам. Ничего, выручит в бою разок, зашибив молнией по врагам – Гусак его сразу зауважает.


- Торкват, а что ты умеешь? Ну, что можешь своей… э-э-э, силой? – Спросил его комиссар, решив уточнить этот вопрос.


Псайкер открыл было рот, чтобы ответить, что и сам не знает, как ещё один мысленный укол от энграммы дал о себе знать. Да… его учили. Учили пользоваться своей психической силой чтобы… чтобы… Знание ускользало.


- Да много чего. – Буркнул он.


- Ну и хорошо. – Не стал вдаваться в подробности комиссар. – Я пойду тоже к нашим, не возражаете, док? Торкват, жди меня у выхода из госпиталя.


Мэтт покачал головой.


- Идите, комиссар. До свидания, господа.


Аврелий покинул кабинет и, пройдя той же дорогой, что несколькими минутами назад ушел Густав, добрался до палаты, в которой лежали их коллеги по аколитской ячейке.


- Ну как вы, парни? – Войдя, спросил комиссар.


- Нормально. – Бравурно отозвался Билли со своей койки. – Было скучновато, правда, пока мы не уболтали Мэтта притащить сюда пикт-проигрыватель. – Он кивнул на стоящий перед его и Арка кроватями большой экран, рядом с которым уже сидел Густав и перебирал ленты. – А ещё кормят неплохо. Правду говорят, что завтра наш полк уже отправиться воевать?


- Да. – Кивнул комиссар. – Завтра с утра будет парад, а потом – отбытие.


- И мы не попадем… - Протянул Билли. – Да и ладно, я все равно маршировать не умею.


- А это у вас чего? – Спросил недоуменно Густав, кивнул на кабель, уходивший из пикт-проигрывателя и незаметно, по стеночке, проложенный к тумбочке возле кровати Арка.


Тот скорчил рожу и, протянув руку, открыл тумбочку и продемонстрировал лазерный пистолет, к которому кое-как был присобачен этот кабель.


- Я взял пушку с собой, сказал Мэтту, что это у меня талисман такой. – Немного хрипло пояснил он, чуть морщась – говорить было больно. – Только батарею он отобрал – сказал, что это не положено.


- И ты..?


- Да. – Усмехнулся он. – Нашел себе другой источник энергии.


- И в кого стреляешь?


- Мне важен сам факт. – Пояснил он. – Да и потом… вдруг кто-нибудь сунется в окно?


Густав и Аврелий переглянулись.


- Действительно, кому только такая мысль может в голову прийти… - Пробормотал комиссар.


* * *


Убедившись, что лечение проходил своим ходом и больные не слишком скучают, Густав, Аврелий и новоявленный член аколитской ячейки, Тит Марий Торкват, отправились «домой», а точнее – в расположение своего батальона.


За то недолгое время, что прошло с момента возвращения из системы святого Лоренса (а по чести говоря, прошла едва неделя) гвардейцы покинули свои казармы, облюбовав себе место в штабе батальона. В этом двухэтажном здании нашлись и офицерские комнаты и специальный зал совещаний с гололитом и пикт-проигрывателем, и небольшая часовня, и ещё много чего, что должно быть в штабе.


- Вот и наша берлога. – Удовлетворенно сказал Густав, входя в местный «конференц-зал». Его они приспособили под свою аколитскую столовую и, место отдыха. Ну а комнаты по соседству стали спальнями.


- Выберешь себе комнату, Торкват, ну спальню. – Комиссар махнул рукой в сторону коридора. – Завтра подъем в шесть!


- Комиссар... – Недовольно протянул Густав.


- В шесть!


- Хорошо. – Вмешался Торкват. - Могу я пойти отдыхать прямо сейчас?


Гвардейцы удивленно смерили его взглядами.


- Очень устал. – Пояснил псайкер. Он и действительно много пережил за этот день. И периодическая колющая боль, что вызывали активировавшиеся энграммы и нечто вроде мигрени, вкупе со всем остальным, немало утомили его.


- Иди. – Разрешил комиссар.


Разворачиваясь к дверям, Торкват успел услышать тихую фразу «Я пригляжу за ним, сэр». Не нужно быть прорицателем, чтобы понять, кто её сказал.


Выбрав небольшую, но вполне комфортную комнату, псайкер, бросив свои пожитки на стол и сбросив мантию, улегся на кровать и закрыл глаза. Светосферу он даже не включал – незачем. Ему предстояло многое обдумать. Например, стоило бы понять, чего стоят его психосилы.


Торкват нервно сжал пальцы, потом резко сел на кровати и принялся лихорадочно сплетать-расплетать руки. Знание, казалось бы, уже подобралось близко, но… Он никак не мог сконцентрироваться.


Пошарив глазами по комнате, псайкер вспомнил о колоде Имперского Таро, что попала к нему от Лазаря. Достав её из кармана мантии, Торкват, снова уселся на кровати и принялся перетасовывать колоду.


Удивительно, но это помогло. Мысли больше не так путались. Карты будто успокаивали его и помогали мыслить.


Перетасовав колоду, псайкер положил её на прикроватный столик и вытащил карту наугад.


Это был Экклезиарх. Хорошая, сильная карта. Хотя, конечно, с Императором, ничто не сравниться.


Подумав об этом, Торкват потянулся ещё за одной, как вдруг странное предчувствие охватило его. Что-то будто говорило ему, какую карту взять. Псайкер в нерешительности замер, но потом, с решимостью ныряльщика, прыгающего в ледяную воду, доверился этому потустороннему чутью и взял ту карту, к которой его тянуло.


Это оказался Император.


«Неужели совпадение? Или я могу… предвидеть? Или чуять?» - Торкват снова смешал всю колоду, перетасовал её и веером разложил на столике.


«Ангел смерти. Нужно вытянуть Ангела смерти». – Твердил себе псайкер, протягивая руку к картам. Есть! Вновь появилось это, будто пришедшее из-за грани чувство, подсказывающее, что делать. Торкват схватил карту, перевернул – это был Ангел смерти.


«Ну что, по крайней мере, я смогу жульничать в игре». – Подумал он. Маленькая шутка была необходима – даже эти крохи псайкерского мастерства по склонению удачи на свою сторону, что он продемонстрировал сейчас, были очень опасны. Проклятая и благословенная энграмма вновь вколола в его мозг очередную порцию знаний. Впрочем, для напоминания об опасности психосилы хватало и неброского кинжала, что теперь был с ним.


Наверное, он умеет, что-то ещё. Просто обязан. Но проверять это сейчас – нет. Удачи много не бывает, а он сегодня, похоже, потратил недельный запас. «Будем спать» - сказал себе Торкват.


Но сон не шел. Псайкер ворочался с боку на бок, шептал молитву, положенную при отходе ко сну, то закрывал, то открывал глаза. Нет, не получалось.


Вздохнув, Торкват встал и накинул мантию. Он очень долго проворочался в кровати, и за окном было уже совсем темно. Вздохнув, псайкер взял со стола небольшой фонарик и, включив его, вышел из комнаты.


Коридор оказался очень тёмным, так что свет фонаря едва разгонял окружающий мрак, и очень длинным – конца его не было видно, ни в одну сторону, так что Торкват просто побрел наугад.


Его шаги в окружающей тишине, казалось, отдавались эхом, хотя на самом деле он ступал почти бесшумно. Коридор и не думал кончаться, хотя псайкер точно знал – сейчас должна появиться лестница вниз.


Из глубины коридора, донесся жуткий чавкающе-хлюпающий звук, будто там полз какой-то уродливый монстр или какой-нибудь жуткий мутант.


Псайкера прошиб холодный пот. Он направил фонарик в сторону звука, не слишком, впрочем, желая увидеть то, что он может увидеть. И как только в луче света мелькнула слизистая тварь, Торкват развернулся и побежал.


Он бежал, но казалось, что звук приближается, а он, как ни старается, не может оторваться. Пару раз псайкер оборачивался и бросал взгляд в темный коридор. Ничего не было видно. Убедившись в этом, Торкват убеждался в том, что останавливаться все равно не надо.


А силы истощались, фонарик слабел. Бесполезно. Ему не убежать.


Борясь с нарождающейся паникой, Торкват остановился и попытался на звук определить, далеко ли жуткая тварь.


И в следующий же миг мерзкое хлюпание послышалось совсем рядом.


В отчаянии, псайкер выхватил лазпистолет из поясной кобуры и прицелился в темноту. Его палец дрогнул на спусковом крючке и…


Он проснулся. Псайкер лежал на кровати в своей комнате с вытянутой вперед рукой и беззвучным криком на губах. Через несколько секунд вернулась способность дышать.


«Это просто сон. Просто ночной кошмар». – Попытался успокоить себя Торкват, но этот «просто сон» был слишком ярким, слишком пугающим. Дрожащими руками псайкер схватил карты и принялся судорожно, с лихорадочным блеском в глазах, их перетасовывать.


Попутно, он окинул взглядом комнату. Да, ничего не изменилось с того момента, как он заснул – в том числе и то, что на столе не было никакого фонарика, а пистолет, подаренный ему, напротив, мирно лежал на тот самом столике. Но во сне обычно не обращаешь внимания на такие нестыковки.


«Просто сон» - Как мантру ещё раз повторил себе Торкват, вновь касаясь головой подушки. Просто сон, о котором лучше никому не рассказывать.


* * *


Главная площадь столицы Ферромата, Форум Майорис сегодня была запружена народом. Впрочем, очень аккуратно запружена – только по краям. Центр квадратной площади был чист – это обеспечивала цепь силовиков, стоявших через каждые несколько метров. Сегодня по улицам столицы должен пройти 1-ый Ферроматский полк механизированной пехоты и, закончить свой парад на Форум Майорис, где его примет лорд Вальтер.


Люди собрались загодя и каждый стремился занять местечко получше. И, кажется, в толпу уже ходили торговцы булочками с гроксом, горячим рекафом и прочими закусками. Смотреть парад хочется всем, делать это голодными – нет, сэр, о нет, увольте. Каждый хотел потом сказать своим внукам: «Да, я там был!».


Ну, быть может только местные Механикус так сказать не могли – вряд ли у них появятся внуки. Разве что выращенные в пробирках.


Дворец губернатора возвышался над Форум Майорис белокаменной громадой. Непосредственно на обращенной к площади части дворца был расположен просторный балкон, с которой сам лорд Вальтер и будет созерцать своих бравых солдат. А на двух соседних балконах расположилась лейб-гвардия – особый корпус стражи, набранный из известных всему городу молодых сыновей аристократов, фабрикантов, торговцев – золотая молодежь, веселые прожигатели жизни, что сейчас натянули на себя не только синие мундиры, но и строгие выражения лиц.


Сам же лорд Вальтер пока что пребывал в своем кабинете, где с кислым лицом наблюдал разговор заявившегося сюда Лазаря и новоназначенного командующего 1-ого Ферроматского, бывшего до этого главой столичных СПО – полковника Престеса.


- Итак, думаю, вы несколько удивлены тем, что ваш полк, который недавно… уже понес потери, сейчас отправляется на фронт, не получив пополнения.


- Верно. Эта темная история с культом и его нападением на батальон… - Тень пробежала по лицу Престеса. – Впрочем, я думаю, мы справимся и так. У меня в полку отличные парни, крепкие орешки.


Лазарь вздохнул. Этот человек просто-таки излучал уверенность в себе.


- Да, конечно. Вернемся к батальону. В нем осталось строевыми трое рядовых и комиссар. Кроме того, теперь к ним приписан один псайкер-санкционат. Эти люди мною зачислены на службу в Инквизицию. – Услышав это, полковник сразу подобрался и стал слушать внимательнее. – Они останутся здесь, на Ферромате. Формально, весь батальон остается тут на пополнение и доформирование. На самом деле, никакого пополнения не будет.


- Иными словами – мы его никогда не увидим? Это просто ширма? – Уточнил полковник.


- Верно. – Кивнул Лазарь. – Вы вольны сформировать себя ещё один батальон в полку, если сочтете это нужным, но этот останется здесь.


- Хорошо. – Ответил полковник. – Вы дали на лапу в Администратуме?


Лазарь в ответ только поджал губы, не желая говорить, что на лапу действительно пришлось дать. Хотя не слишком много. Это ведь всего лишь батальон, а полк, составной частью которого он является, будет воевать. Ни Администратуму, ни Департаменто Муниторум не прикопаться.


- Как вы думаете, может стоит назвать это формирование спецбатальоном?


- Зачем? – Поднял брови Лазарь.


– Для авторитета. Да и мне это ничего не стоит. – Легко пояснил Престес. - Я уверен, что все мы принесем пользу Империуму, где бы мы ни были.


Лазарь чуть покачал головой. Его одолевали сомнения, стоило ли ставить этого человека на такой пост как командир полка Гвардии. С другой стороны, выбора не было – он был самым старшим и самым опытным из всех офицеров, что имелись на Ферромате.


- Слушайте дальше. Помните, что эти люди – выжившие из уничтоженного батальона – мои слуги. Если когда-нибудь судьба сведет вас с ними – оказывайте им всю возможную помощь. Никогда не чините им препятствий. Я рассчитываю на вас.


- Ясно. – Коротко отозвался Престес.


- Если у вас вдруг случиться что-то непредвиденное – вы можете связаться со мной через лорда Вальтера.


Губернатор кивнул.


- Это все, инквизитор?


- Да.


- В таком случае – полковник поднял вновь наполненный бокал – выпьем за будущие победы?


Инквизитор сдержанно кивнул и присоединился к тосту.


- Я думаю, вам пора на балкон, лорд Вальтер. Как и вам, полковник.


- Точно. – Кивнул Престес. – Идем?


- Само собой. – Проворчал губернатор.


Лазарь, что де-юре был здесь не более чем частным лицом, остался в кабинете. Его уже начали одолевать сомнения – правильно ли он поступил, приставив Торквата к «штрафникам»? Инквизитор считал, что сейчас очищенному лучше залечь на дно и не светиться – для его же блага. Псайкеру нужен покой, он сможет многому научиться и стать куда более полезен ему, Лазарю, и всей Инквизиции. Но для этого нужно время.


Он уже хотел было вновь взяться за трубку, как коммуникатор, что лежал у него в кармане, издал тихий звук, сигнализируя о том, что кто-то требует его внимания.


На коммуникаторе было записанное шифром сообщение от дознавателя Оливера, ученика Лазаря и его ближайшего помощника. Он недавно отбыл с Ферромата, проверить работу остальных ячеек в субсекторе.


Прочтя шифровку, Лазарь недовольно поморщился. Судя по тому, что сообщал Оливер, на одной из планет неподалеку (если это понятие применимо в космосе) обнаружилась крайне нездоровая активность нескольких банд и группировок возле довольно-таки непримечательных старых руин, даром никому в тех пустошах не нужных. Оставить это без внимания было нельзя, но Оливер не мог задерживаться, поэтому и послал шифровку своему шефу.


Инквизитор побарабанил пальцами по столу. Пускать дело на самотек не стоило – может быть за активностью банд действительно ничего не стоит, но проверить не помешает.


Эта планета была той ещё штучкой – на ней почти повсеместно правили бал бандитские, полудикие группировки – почти везде, исключая космопорт и ещё несколько цивилизованных мест. Империум поставлял оружие и припасы местным, не залазя в их дела – пока поступает установленная десятина. Если часть местных варваров нашла что-то в старых руинах…, то не помешает и его людям поворошить там грязное белье и повытаскивать уже порядком пожелтевшие скелеты из шкафов. Вот только все оперативные группы и отдельные агенты или заняты, или находятся далеко… На планете у Лазаря был только один свой человек, хороший специалист, но он всего один.


Решение пришло очень простое - он отправит «штрафников» - Густава, Аврелия и Торквата. Два солдата справятся с возможными двуногими врагами, а псайкер почувствует что-нибудь нехорошее – если оно там будет. Ну а его агент будет заниматься делом под их прикрытием.


Решено! Уж с какими-то бандитами при случае они смогут разобраться – разобрались же с орками и генокрадом. А если в тех руинах окажется что почище… лучше уж потерять молодых, едва завербованных аколитов, чем опытных агентов, вроде того же Оливера или Хэнста.


* * *


- Тук-тук.


- Кто там?


- Гусь прилетел.


- Заходи.


После такого нехитрого обмена паролями, Густав аккуратно отодвинул в сторону кусок корабельной переборки примерно в метр шириной и проник внутрь, покинув тёмное пространство и оказавшись в небольшом помещении, в котором уже второй день проживало два отделения 1-ого Ферроматского полка.


После торжественного парада весь полк погрузился на «Гнёт долга» - транспортник, что повез солдат на войну. Ну а спецбатальон в лице Густава, комиссара Аврелия и псайкера Тита Мария Торквата получил особые инструкции от Лазаря – сойти на первой же планете, где остановиться судно и войти в контакт с его человеком там – адреса-пароли-явки предоставлены.


Долгие часы и дни полета могли бы скрасить карты и выпивка… если бы не запрет командования на эти невинные развлечения. При погрузке у солдат конфисковали немало бутылок с самыми разными напитками.


Но у Густава, Торквата и живущих с ними в одной каюте парней из 2-ого батальона было спасение в лице комиссара Аврелия – офицера, чей багаж никто бы не посмел досматривать. Только члены отдела внутренней безопасности чуть вскинули брови, когда Аврелий заносил на борт звенящие ящики.


Проблема заключалась в том, что таскать спиртное по кораблю не выходило – комиссару вроде бы нечего делать на палубах третьего класса, которым путешествуют рядовые, а им нечего подниматься наверх… Так что пришлось искать альтернативный способ доставки.


И при помощи лазерного резака, зубила, милости Императора и мускулов Арни Кроникла из 2-ого батальона в стене каюты, не выходящей в коридор, появилась дыра, через которую можно было пролезть в технические коридоры. А через них – довольно быстро и безопасно добежать до каюты Аврелия и, через такую же дыру там, принести оттуда новую порцию запретного груза.


Таким образом, размещенные в своей тесноватой каюте бойцы не особо скучали. И сейчас Густав как раз «добыл» ещё несколько бутылок лекарства от скуки.


- Да чтоб! Да твою мать! – Ругался рядовой Лютер Хайнц, у которого в очередной раз оказался крайне неудачный расклад.


- Ну что поделать. – Будто бы виновато чуть улыбнулся Тит Марий Торкват, показывая всем своим видом, что три Императора, выпавшие в одной партии – это то, что может случиться с каждым. А ведь до этого была ещё партия в кости.


Хайнц недовольно брякнул об стол несколько монет, которые псайкер немедленно прибрал в кошель.


- О, а вот и Густав! – Обрадованно воскликнул Арни, увидел пролезающего в дыру солдата, и хлопнул в ладоши – а они у Арнольда по размерам напоминали лопаты.


Аколит выставил на стол бутылки, что отобрал на сегодня и солдаты, довольно потирая руки, расселись вокруг стола, готовя стаканы.


Для пущего удобства гвардейцы отодвинули все койки к стенам, а прямоугольный стол поставили посередине. Во главе стола устроился сержант Чаррис – командир отделения. Рядом с ним восседал самый габаритный из пассажиров каюты – пулеметчик Арни. Напротив бугая расположился слегка отстраненный и молчаливый военврач со странным для ферроматского уха именем Ибрагим. За доктором расселись братья-стрелки Мартин и Лютер Хайнцы, Густав, Торкват, напротив них – остальные бойцы. Замыкала их стол колоритная фигура самого старого члена из присутствующих – псайкера Джузеппе, уже разменявшего седьмой десяток.


Сержант, на правах старшего по званию, откупорил первую бутылку каликсидского эля и принялся разливать.

Продолжение в комментариях

Развернуть

my little pony mlp art Blueblood minor changeling mlp crossover mlp милитаризм Ponyhammer Wh Other Wh Песочница ...Warhammer 40000 фэндомы Wh Crossover 

Развернуть

Wh Песочница Roboute Guilliman Ultramarines Living Saint Adepta Sororitas Adeptus Mechanicus Inquisition Eldar Belisarius Cawl Inquisitor Greyfax ...Warhammer 40000 фэндомы Imperium Primarchs Space Marine Ecclesiarchy 

- Почему я ещё жив? Чего вы хотите от меня? Я отдал вам всё, что имел. Смотрите, что вы сделали с нашей мечтой. Эти раздувшиеся и гниющие останки империи всё ещё живут благодаря не разуму и надежде, но лишь страху, ненависти и невежеству. Лучше бы мы все сгорели в пламени амбиций Гора, чем дожили до этих времен.

- Робаут Жиллиман.
WHAT MORE DD YOU WANT FRDM ME? I GAVE EVERYTHING I HAD TO YOU. TO THEM. LOOK WHAT THEY'VE MADE OF OOR DREAM. THIS BLOATED, ROTTING CARCASS DF AN EMPIRE IS DRIVEN NDT BY REASON AND HOPE, DDT BY FEAR, HATE AND IGNORANCE. BETTER THAT WE HAD ALL BURNED IN THE FIRES DF HDRDS’ AMBITION THAN LIVED TD SEE
Развернуть

Wh Песочница Джо Кукан Adeptus Mechanicus Imperium Magos Biologis Orks Commissar (wh 40000) Astra Militarum ...Warhammer 40000 фэндомы 

Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,Wh Песочница,фэндомы,Джо Кукан,Adeptus Mechanicus,Mechanicum,Imperium,Империум,Magos Biologis,Orks,Commissar (wh 40000),Astra Militarum,Imperial Guard, ig
Развернуть

Wh Песочница вопрос помогите демоны Wh FaQ ...Warhammer 40000 фэндомы 

Знаю,на реакторе не очень любят вопросы такого рода,но в местах,где обычно отвечают,сейчас тишина.Очень хотелось бы услышать мнение о Скарбранде.Как он показывает себя на столе?Справится ли с задачей по устранению крупных целей,типа экзокрина?Какие в целом есть подводные камни?
Развернуть
Комментарии 2 02.03.201720:33 ссылка -0.9

Wh Песочница Ultramarines Space Marine Imperium сделал сам фотошоп мастер Wh Other wh humor ...Warhammer 40000 фэндомы 

Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,Wh Песочница,фэндомы,Ultramarines,Ультрамарины,Space Marine,Adeptus Astartes,Imperium,Империум,сделал сам,нарисовал сам, сфоткал сам, написал сам, придумал сам, перевел сам,фотошоп мастер,ps master,Wh Other,wh humor
Развернуть

anon Wh Other Wh Песочница ...Warhammer 40000 фэндомы 

PlfASÊ. WISMlNO W6U... ft?R .MEN TO V RKiST ' WISHING WELL,anon,Wh Other,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,Wh Песочница,фэндомы
Развернуть

Wh Песочница Dark Heresy fantasy flight games (Wh 40000) ...Warhammer 40000 фэндомы 

01. Штрафники

В столице Ферромата, не так уж далеко от расположения местных частей СПО и казарм 1-ого полка, в обычном районе для зажиточных горожан, стоял небольшой, невзрачный особнячок.


Истертая медная табличка на дверях говорила, что владельцем этого здания числиться ка-кой-то уже всеми забытый ферроматский фабрикант. Что, конечно, не соответствовало истине.


Там не давали роскошных обедов и приемов, там не собиралась местная аристократия или приехавшие из ближайших звездных систем путешественники или торговцы. Это место не было гостиницей или борделем. Но среди тех очень немногих, кто имел туда доступ, этот особняк обычно называли «клуб».


И сегодня доступ сюда получали четверо солдат 1-ого Ферроматского полка. В этот конкретный момент, все четверо стояли перед дверьми «клуба».


- Пожалуй, это самый важный шаг в вашей жизни, – проговорил невзрачного вида человек, в обычной серо-буро-грязной мантии адепта, что служил провожатым.


- И что, у нас, типа есть выбор? – Осведомился один из них – взъерошенный тип, отзывавшийся обычно на имя Билли.


- Нет. – Сухо ответил адепт, толкнув солдата в спину, отчего тот врезался в идущих впереди коллег-гвардейцев, Арка и Густава, те, в свою очередь, налетели на своего батальонного комиссара и в результате все четверо совершили самый важный шаг в своей жизни, устроив кучу-малу на пороге «клуба».


Адепт, закатив глаза, подождал, пока все четверо не поднимутся на ноги и не отряхнутся, после чего насмешливо кивнул головой.


- Вам вперед по коридору. Не заблудитесь… я думаю.


- Урод. – Коротко охарактеризовал этого, уже исчезнувшего из их поля зрения человека, Билли.


- Идемте. – Скомандовал комиссар Маркус Аврелий, махнув рукой.


Маленький отряд, прошагав по коридору немного, оказался в помещении, чем-то похожим на приемную. Квадратная комната, стены, обитые красными тканями, немного позолоты, полумрак – на фоне всего этого выделялись только несколько кресел, стол да дверь в дальнем конце комнаты.


- Проходите на второй этаж. – Проговорил безэмоционально-механический голос.


Гвардейцы чуть вздрогнули.


- Сервитор. – Коротко пояснил Арк. Комиссар бросил косой взгляд в направлении, куда указывал солдат. В углу и правда сидел сервитор – обрубок человеческого тела, ноги которого заменили неподвижной платформой и приделали спереди, на уровне груди, кафедру с когитатором. К биороботу были подключены несколько кабелей – подающих энергию или передававших данные. Канала, по которому подавалась бы пища для поддержания органических частей существа, видно не было, вероятно его подключали только по мере надобности.


Часть головы сервитора тоже была сильно аугметирована и снабжена вокс-динамиком, через который сейчас и раздалось приглашение на второй этаж.


- Спасибо. – Чуть насмешливо проговорил сервитору Густав, проходя вслед за остальными к лестнице.


- Пожалуйста. – Так же равнодушно отозвался сервитор.


- Эй, чего это он? – Испуганно спросил гвардеец. – Железячки так не умеют! Отвечать! Для этого думать надо.


Арк провел взглядом по кабелю, шедшему от сервитора по стене на второй этаж.


- Думаю, его просто используют как вокс. – Пояснил он. – Вводят в его когитатор, что нужно сказать, а он озвучивает. Делов-то.


- Хитро. – Восхитился Билли.


- Эй, долго вы там? – Раздался недовольный голос комиссара сверху.


- Идем, сэр.


* * *


В кабинете на втором этаже, в той же атмосфере полумрака, лишь слегка разгоняемого одной светосферой и мерцающим гололитом, инквизитор излагал своим новым аколитам их первое задание.


- Вы четверо – солдаты. Это хорошо. Это поможет вам в выполнении этого поручения. Вы будете внедрены в одно их имперских боевых подразделений. Я полагаю, сможете сойти за своих.


- Какого наше задание после внедрения, сэр?


- Это простое задание, своего рода, ваш экзамен. То, чем вы будете заниматься и позже, но в других, более сложных условиях. Вам нужно проверить полк на наличие в нем тайных культов или ереси. Своего рода, тайная инспекция в тяжелых боевых условиях.


- Э-э… Тяжелых боевых, сэр? – Голосом «я-не-жду-от-вашего-ответа-ничего-хорошего» переспросил Аврелий.


- Да… комиссар. Вы внедряетесь в подразделение, сражающийся сейчас в системе святого Лоренса.


- Но это же верная смерть! – Почти выкрикнул комиссар, не обращая внимания на попытки Густава незаметно наступить ему на ногу, как бы намекающие на то, что стоило бы заткнуться и отсалютовать. О, Аврелий много слышал о системе святого Лоренса ещё в Схоле Прогениум. Орки бесчинствовали там, и на окружающих планетах уже очень давно, и ничего хорошего от отправки в такую зону боевых действий ждать не приходилось.


Лазарь, преувеличенно аккуратным жестом поправив складку на своем камзоле, улыбнулся краешками губ.


- Вы всегда можете отказаться, комиссар. Просто выйдите вон в ту дверь – и мы с вами больше не увидимся. Никогда.


Под несколько напряженными взглядами сослуживцев, Аврелий сделал несколько шагов по комнате и подошёл к дверям, на которые указал ему инквизитор. С виду – ничего необычного. Он толкнул дверь вперед и заглянул внутрь.


Говорят, если долго смотреть в бездну, бездна будет смотреть на тебя. Из этой конкретной бездны на Маркуса Аврелия никто не смотрел, но было все равно страшно. Просто чёрный провал непонятной глубины. Что там внизу? И нужно ли быть там внизу хоть чему-то, если одна лишь высота падения отсюда может сделать всю работу?


С преувеличенным спокойствием комиссар прикрыл дверь и ровным шагом вернулся в строй.


- Ваши дальнейшие указания, сэр?


Лазарь вновь чуть улыбнулся, самыми кончиками губ.


- Я вижу, вы прониклись идеей служения при любых обстоятельствах. Хорошо. Вот ваши инструкции. – Он подал комиссару инфопланшет. – Спуститесь в приёмную и ознакомьтесь.


- Хорошо, сэр. – Гвардейцы развернулись на каблуках и приготовились покинуть кабинет.


- А вас, Арк, я попрошу остаться. – Прозвучал в тишине голос Лазаря.


Билли и Аврелий замерли в дверях (Густав уже успел выйти), вопросительно глядя на своего однополчанина.


- Идите. – Жестко сказал инквизитор. – Ваш коллега вернется к вам через пару минут.


Подождав пока гвардейцы ретируются, Лазарь вперил жесткий взгляд в Арка.


- Ты понимаешь, зачем я велел тебе остаться?


- Вроде того. – Арк посмотрел на инквизитора.


- Хорошо. Я хочу поговорить о твоем… роде занятий. Не том, которым ты прикрываешься сейчас, не о службе в Гвардии. Мои люди внимательно проследили биографии всех вас. В том числе и тебя, конечно. Рождение на мире-кузне, школа убийц… Ты подаешь надежды, Арк Ферис – ведь такого твое настоящее имя?


- Да. – Кивнул Арк. – Я и правда не гвардеец 1-ого Ферроматского. Да, я убиваю за деньги. За деньги и во имя Императора. Считаете, это грешно?


- Все мы убиваем во имя Императора. – Криво улыбнулся Лазарь, его органический глаз моргнул. – Но, как говорят мои данные, ты не исповедуешь культ смерти.


- Все мы культисты. – В тон ему ответил Арк старым мрачновато-ироничным афоризмом.


Уголок рта инквизитора чуть дернулся, будто он сдерживал какие-то эмоции.


- Я пока придержу твой секрет. – Сказал он. – И ты тоже должен молчать.


- Я-то буду. Хотя… хотел бы посмотреть, как отреагирует наш комми на известие о том, что я – наёмный убийца. – Арк усмехнулся.


- Ты будешь молчать, это вопрос твоего профессионализма. Служи мне верно, и я не забуду о твоей судьбе и твоей… профессии. Часто она бывает востребована на службе у меня. Кстати, кто заказывал того офицера, что был на гауптвахте?


- Жена. Простая «бытовуха». Ревность.


Инквизитор чуть поморщился.


- И это ты называешь – убивать во имя Императора, Ферис? Впрочем… иди. – Лазарь коротко указал в сторону двери. – Не думаю, что мы ещё увидимся лично.


- Кстати, миленький у вас сервитор. – Не преминул бросить напоследок убийца.


* * *


- Что он говорил? – Полушепотом спросил Густав у спустившегося сверху Арка.


- Да так, ничего. – Отмахнулся тот. – Что в планшете?


- Так, короткие инструкции. – Бросил Аврелий, продолжая читать.


- Это хорошо. – Одобрил Билли. – А не сказано, в какой полк мы внедряемся?


- Сказано. – Мрачно сказал Аврелий.


* * *


Сегодня в космопорту Ферромата было особенно людно. Многие из числа не занятых на заводах и фабриках или отдыхающие от трудов во имя Императора в свой законный выходной, собрались в районе Портового управления столицы – месте, где проходили регистрацию прибывающие на планету корабли, а писцы Администратума заносили в бесконечные свитки и инфо-планшеты данные о пассажирах и грузах.


А рядом с мрачной, сложенной из тёмно-зеленого камня и украшенной гербовыми аквилами громады десятиэтажного здания Портового управления, располагались посадочные платформы – и большие, для громоздких и неповоротливых грузовых лихтеров, сделанные из толстых листов рокрита, и маленькие, стоящие нарочито наособицу – для личного транспорта чиновников Администратума, главы местных СПО и других важных персон.


Сейчас одну из таких площадок занимал роскошный шаттл «Аквила», формой напоминающий геральдического двуглавого орла Империума. Этот транспорт принадлежал одному из офицеров тюремного корабля «Неотвратимое правосудие», что сейчас находился на геостационарной орбите.


Корабельный офицер, два дня назад спустившийся на планету, от имени Департаменто Муниторум потребовал выдать им всех заключенных планетарных тюрем определенных категорий – убийц, насильников, военных преступников, всех осужденных на пожизненное заключение. Эти отбросы должны были отныне сменить своё пребывание в тюрьмах на нечто более полезное Империуму – службу в Штрафном легионе.


Сейчас с небес спускались грузовые лихтеры, приписанные к «Неотвратимому правосудию», а из города в сторону космопорта тянулись длинные вереницы заключенных, чья служба потребовалась Императору. Планетарные силовики отгораживали колонны заключенных от обычных граждан и праздных зевак, пришедших поглазеть на это шествие.


Этот «марш позора», процессию из проклятых, предавших Имперский Закон, также сопровождали несколько «Репрессоров» - броневиков, принадлежащих местному управлению Адептус Арбитрес. Взвод таких машин мог разогнать любую бунтующую толпу с помощью своих водяных пушек и газовых гранат, что запускали из специальных пусковых установок. Впрочем, сейчас все понимали – с подонками, милостиво выпущенными из тюрем никто так церемониться не будет и при малейшей попытке бунта среде неблагодарных в дело пойдут широкие гусеницы броневиков и устрашающие бульдозерные ножи, что превратят новоявленных штрафников в кровавое месиво на мостовой.


Впрочем, особенно бунтовать никто и не собирался. Среди шедших к лихтерам были самые разные люди – одни окидывали окружающую толпу горожан полными ненависти взглядами, но не решались ничего предпринять, другие обреченно шагали, опустив головы, понимая, что их ждет в легионе скорый и кровавый конец. Лица третьих светились радостью – Император не забыл о них, он дает им шанс искупить кровью свои злодеяния и, быть может, если они окажутся достойными того – получить Императорское Прощение.


Ферроматские граждане в своем отношении были почти единодушны. «Пусть идут воевать! Пусть искупают вину!» - Кричали фанатики. Простые граждане выражали одобрение тому, что сотни опасных преступников покинут Ферромат навсегда. Умудренные долгими годами старики важно рассуждали о полезности будущих штрафников в боях в системе святого Лоренса, куда их – по слухам – направят.


Над толпой пронесся золоченый сервочереп со встроенной антенной и пикт-рекордером. Зависнув над процессией, он повернулся вокруг своей оси несколько раз, захватывая окуляром пикта все происходящее, и полетел к зданию Портового Управления.


* * *


- По графику, тюремный корабль должен был прибыть только через три месяца. - Проговорил дознаватель Оливер, ближайший помощник и доверенный агент инквизитора Лазаря, пробегая глазами текст в своем инфопланшете и косясь на гололит, где транслировалось изображение, передаваемое сервочерепом.


- Я немного ускорил его прибытие, если хочешь знать. Солдаты на полях боев Империуму нужны слишком срочно. В частности, чтобы удержать систему святого Лоренса.


- Солдаты… - Усмехнулся дознаватель. – В системе святого Лоренса – орки. Вы же не думаете, что эти люди справятся с ними?


- Согласен, это просто отбросы. Но нам нужно не уничтожить орочий ВААААХ! а про-сто удержать систему. Или хотя бы её главную планету. Просто удержать, Оливер. Для этого сойдут и штрафники – те, кто будет жать на курок лазгана и умирать, когда потребуется. Там жизни солдат уже почти ничего не стоят, не зря же эту систему и её главную планету называют «вторым Армагеддоном». Ну и, конечно, там не помешали бы и кадровые войска. Я надеялся на 1-ый Ферроматский, но, как ты знаешь…


- Могу я спросить, что с вашими новыми аколитами? Вы говорили, что отправите их на Кантус.


- Верно. Я изменил решение. Там нужен более опытный человек. Более тонкий и дипломатичный. Я отправлю туда Тита Сидиуса. А наши аколиты из 1-ого Ферроматского пой-дут в систему святого Лоренса в составе Штрафного легиона, на тот самый «второй Армагеддон».


- Но… - Начал было Оливер, но сам себя оборвал.


- Продолжай. – Поощрил его Лазарь.


- Это же просто способ избавиться от них!


- Нет. – Покачал головой инквизитор. – У них есть задание.


- Вы имеете в виду наши подозрения на счет…


- Да. Пусть попробуют себя на оперативной работе. Буду рад узнать, что 2-ой Штрафной чист… Если же нет…


- То ваши аколиты погибнут, сэр.


- Они должны суметь выжить там. Это докажет их… компетентность. Если же они проваляться – значит, я ошибся, сочтя их подходящим материалом. – Лазарь бросил взгляд на гололит, на котором было видно как толпа заключенных один за другим заходит на борт лихтера. Среди бесчисленных преступников мелькнули и почти неотличимые от осталь-ных фигуры рядовых Густава, Арка, Билли и комиссара Аврелия. – Впрочем… думаю, куратор им не помешает.


* * *


На борту «Неотвратимого правосудия», все штрафники находились в одном огромном помещении. Своды потолка этого корабельного ангара терялись во мраке, а с того места, где, прислонившись к вертикальной трубе, выходящей из пола, сидели аколиты, не было видно стен. И почти все это место было занято пассажирами. Люди сидели на полу, лежали, стояли, прислонившись к техническим трубам. Тусклые светосферы, прикрепленные тут и там, немного разгоняли мрак, так что можно было различать людей, сидящих недалеко.

Лысые и лохматые, толстые и худые, старики и совсем пацаны – в брюхе «Неотвратимого правосудия» смешались все. Полет им предстоял долгий и, пока тюремный корабль в пути, этой разнородной массе предстоит претерпеть несколько трансформаций. Затылки побреют, длинные волосы обстригут, на плечи нанесут татуировки, обозначающие принадлежность к одному из Легио Пенатанте. А потом начнется то, для чего их и вытащили из тюрем – их поведут в бой. На те направления, куда не пошлют Имперскую Гвардию, сочтя возможные потери слишком большими. Туда, где враг окопался так, что добраться до него можно лишь завалив подходы к позициям трупами. И эти трупы – они, штрафники. Ходячие пока что трупы. Живые машины на службе Бога-Императора.


- Комиссар, вы когда-нибудь думали, что попадете в Штрафной легион через два дня после начала службы? – Спросил Густав.


- Нет! И не называй меня комиссаром! – Свистящим шёпотом ответил Аврелий, чуть нервно озираясь.


- А как мне вас называть? Как вообще разговаривают друг с другом бандиты и, э-э, штрафники?


- Ну, например, они обращаются друг к другу по погонялам. Кличкам то есть. – Пояснил Билли. – Если что можно сказать, что «Комиссар» - это погремуха такая. Ну, кличка.


- Тогда нам всем нужны клички. – Решил Густав. – У меня вот её нет.


- Как это, Густав? Ты же Гусак! – Насмешливо проговорил Арк.


- Заткнитесь и не орите. – Теперь прошипел уже Билли. – Не привлекайте внимания. Гусак, Комиссар – нормально. Ты – он ткнул пальцем в Арка – будешь Патлатым. А я…


- Эй, это что за йоба тут раскомандовался? – Раздался над ухом у Билли голос неслышно подошедшего из темноты коллеги-штрафника.


- А? – Повернулся к этому парню Густав. Штрафник явно просто искал драки – от злости, скуки или просто так.


- А ты – Гусак, да? – Уголовник осклабился. – Хорошее имечко.


- Пошёл ты.


- Вот как? – На роже у того все шире раскрывалась кривая улыбочка.


- Проваливай. – Бросил ему Билли. Штрафник, видимо, счел эти слова подходящим поводом для начала драки и бросился на рядового.


- Ах ты сука! – Заорал Билли, когда враг попытался пырнуть его заточкой, которую он явно достал тут, на корабле, или сделал черте из чего.


Из темноты уже начал подтягиваться народ, посмотреть, что тут происходит. Впрочем, глядеть оказалось особо не на что – агрессивному уроду Арк вывернул руку, заставив того выронить заточку, после чего остальные как следует пересчитали ребра штрафнику.


- Порядок, Билли? Не ранен? – Густав хлопнул по плечу однополчанина.


- Вроде того.


- А ты… Вали отсюда. – Скомандовал тем временем драчливому штрафнику комиссар.


- Мы ещё доберемся до вас, йобы! – Бросил напоследок незадачливый задира, тут же схватившись за ребра.


- А что такое «йобы»? – Поинтересовался комиссар.


- Такое ферроматское словечко. – Не стал ударяться в подробности Густав.


- Эй, парни! – Раздался оклик. – Вы тут все целы? – К аколитам из темноты подходил ещё один человек, на вид – куда дружелюбнее давешнего задиры. Невысокого роста, маленький, совершенно лысый, с умными глазами и парой шрамов на лице.


- Вас не порезали? – Переспросил подошедший. – Я – бывший военврач. – Пояснил он в ответ на недоуменные взгляды. – Думал, может кого из вас потребуется заштопать.


- Спасибо, док, все целы. – Ответил комиссар. – Меня Маркус зовут. А! – он спохватился – Комиссар моя кликуха.


Тот сдержанно улыбнулся.


- Я – Мэтт. Ну что ж… Вы неплохо отделали этого горлопана. Ладно, пойду, пройдусь по ангару. Слышали, что там некоторые уже просят взять их в отряды человекобомб?


- Не-ет. – Покачал головой комиссар.


- Ну, полтора десятка уже попали в эти отряды. Что ж, надеюсь, они смогут искупить свои грехи. До встречи… Комиссар. Император с нами.


* * *


- Отделение, смирно! – Рявкнул надсмотрщик.

Десятеро штрафников в одинаковом грязно-сером обмундировании встали в строй. Примерно половина из них вытянулась во фрунт по-военному, остальные – как могли. Надсмотрщик обвел строй тяжелым взглядом. Десятеро людей в неподходящей им форме, в прошлом – потасканной, порванной и заляпанной кровью. Флак-жилеты тоже были явно сняты с трупов кем-то из методичных интендантов или старательными сервиторами. И так или примерно так – у всего выстроенного в ангаре батальона, частью которого является и его отделение.


- Наш батальон вылетает к месту дислокации 2-ого Штрафного легиона святого Лоренса. Остальные «пассажиры» с «Неотвратимого правосудия» распределены в другие части. Орки на планете чувствуют себя вольготно, а люди – прячутся по укрепленным лагерям. Вы нужны, чтобы отбивать орочьи атаки на лагерь 2-ого Штрафного. Это понятно?


- А оружие нам дадут? – Желчно спросил один из солдат. – Или будет воевать с ними палками и камнями?


- Каждый из вас должен благодарить Императора и Его слуг, что вы получили возможность искупить свои преступления! – Рявкнул сержант. - Вы сможете очистить свои души в битвах! Не умереть от удара арбитра-палача, а погибнуть как воины! И если вам этого недостаточно…


- Будет вам, господин надсмотрщик. – Попытался успокоить его приданный к батальону священник. – Эта заблудшая душа не понимает всей глубины милости, что оказал ему Империум. Вам стоило бы взять пример с ваших товарищей по несчастью, что выбрали для себя короткую и кровавую стезю очищения. – Священник кивнул на стоявшую с краю ангара небольшую группу людей, слушавших человека в белоснежной рясе. – Там мой собрат по служению благословляет на будущий бой этих людей. Воистину, из души предстанут перед Императором спустя миг после того как они, неся на своем теле освященные бомбы, бросятся на зеленокожее отродье.


- Не тратьте столько слов на этих людей, святой отец. – Презрительно бросил надсмотрщик.


- Я лишь надеюсь, что праведная ненависть к нечеловеческим тварям и желание очиститься от грехов не подведут вас в битве. Император защищает! – Священник сотворил знак аквилы.


- Император защищает! – Отозвалось отделение.


* * *


Высадка на поверхность проходила в тех же лихтерах, в которых штрафники поднимались на борт. Их батальон должны были высадить прямо в лагере 2-ого Штрафного легиона, на одной из высот этой забытой Императором планеты.


Здесь не было специального десантного отсека, не было припасено гравишютов, только шлюз, через который они должны будут, покинув лихтер, ступить на пепельную землю своего нового поля боя.


- Сейчас войдем в атмосферу. – Проговорил комиссар, имевший опыт космических путешествий ещё со Схолы Прогениум. – Думаю, корабль затрясет.


- Тогда, главное – не наблевать. – Рассудил Густав.


Аврелий поморщился.


- Зачем ты вообще об этом упомянул, Гусак?


А потом корабль затрясло.


* * *


Густав никогда не был особенно ловким парнем, но сейчас, как ему казалось, он превзошел себя. Лихтер затрясло очень сильно и, в тот самый момент, когда позеленевшего комиссара вытошнило, он, Густав, стоявший рядом, успел проворно уклониться в сторону. Комиссар, к слову, был не единственным, кто столь однозначно выразил своё отношение к тряске подобным образом. В этом «голосовании желудком» его поддержали Билли, Арк и большая часть отделения. В соседних творилось нечто похожее.


Ниша в стене, куда забился Густав, чтобы не подставиться под результаты космической болезни своих новых сослуживцев, была довольно маленькой и ещё меньше она стала казаться, когда Арк, также очистивший свой желудок от съеденного утром армейского рациона, влетел в эту нишу, уклоняясь от блююших соседей, и вдавливая Густава в стену.


- Так что, каждый раз бывает? – Спросил придавленный гвардеец.


- Когда как.


Когда тряска прекратилась, Густав и Арк осторожно вылезли из ниши, стараясь ступать осторожно и не запачкаться в окружающем… окружающем, в общем. И первое, что они увидели – это своего сержанта-надсмотрщика, который при входе корабля в атмосферу явно слишком близко стоял к комиссару и Билли. Настолько слишком, что это явно было видно по состоянию его мундира.


Взгляд надсмотрщика явно говорил, что каждый из слабых желудком, каждый из внесших свои вклад в загаживание его зловещего черного мундира, может и не пережить первую же атаку. Более того – он может не пережить первую же встречу лицом к лицу с ним, сержант-надсмотрщиком.


Бросив уничтожающий взгляд на свой горе-десант, командир многозначительно продемонстрировал вмонтированный в его костюм пульт управления взрывчатыми ошейниками, что носили штрафники. У каждого сержанта была возможность взорвать ошейник любого члена своего отделения – да хоть всех сразу – простым нажатием кнопки.


- Заходим на посадку. – Проговорил механический голос вокс-синтезатора.


- Слышали, ублюдки? Построится!


Штрафники, как могли, исполнили это приказание, сгруппировавшись по своим отделениям.


- Оружие приготовить!


Солдаты взяли наизготовку свои лазганы. Сержанты и прочие офицеры нисколько не боялись того, что осужденные и проклятые преступники вздумают стрелять по ним – в случае смерти командующего взрывались ошейники у всех находившихся под его началом. Вздумай кто-нибудь выстрелить в офицера – и сервиторам долго придется оттирать палубу от кровавых отшметков.


- С земли передают, что 2-ой Штрафной сейчас в глухой обороне, зажался в своем лагере. Они надеются, что с нашим прибытием, смогут перейти в то подобие наступления, на которое вы будете способны! Пошли!


Лихтер опустился до земли, рампа ангара откинулась, и солдаты зажмурились от непривычного солнечного света – от него уже успели отвыкнуть за время недельного полета в варпе, не говоря уже о годах в тёмных камерах Арбитрес до этого.


- Что встали, свиньи? – Рыкнул своему отделению сержант-надсмотрщик. – Побежали!


- Приучает к ура-атакам, что ли? – На бегу спросил Билли.


- Заткнись и беги! – Емко ответил Аврелий, сам подгоняемый в спину тычками собратьев по отделению.


Командование явно пыталось выгнать штрафников из лихтера поскорее, чтобы тот вернулся на «Неотвратимое правосудие» побыстрее и повез другие отряды на другие театры военных действий.


Всего на территорию лагеря 2-ого Штрафного из лихтера высыпало около трех сотен человек. Конечно, это был не полный батальон, но здесь будет полезно даже это.


- Держимся вместе. – Проговорил Аврелий своим.


- Да, не беспокойся. – Тихо ответил Арк. – И что это там наш сержант руками машет?


Сержант-надсмотрщик их отделения разговаривал сейчас с каким-то местным воякой. И разговор это, как видимо, не доставлял сержанту особого удовольствия.


- Выглядит так, будто собирается нас убить. – Пробормотал Билли, видя как командир со зверской рожей направляется к своему отделению.


- Так, блевотники. Я хотел приказать вам сгонять за водой, что отмыть это. – Он указал на свою порядком загаженную форму.


- Так точно, сэр! – Выкрикнул кто-то из отделения.


- Заткнуться и слушать! – Рявкнул тот. – Но все колонки находятся во внешней части лагеря. Здесь же – только штаб да арсенал. А там, в нижней части – все остальное – казармы, колонки, гаражи…


- Значит, мы сбегаем в нижнюю часть! – Снова выкрикнул тот же голос. Густаву захотелось повернуться и посмотреть на этого чертового подхалима.


- Как замечательно! – Растянул губы в улыбке сержант. – Ну что ж, идите. Примите только к сведению, что нижнюю часть лагеря уже два дня как захватили орки.


Нарочито принятый лихой и придурковатый вид гвардейцев постепенно исчез, заменяясь нездоровой бледностью. Сержант-надсмотрщик же, как казалось, наслаждался эффектом.


- А… почему они тогда не напали и на внутренний лагерь?


- А я почем знаю? – Хмыкнул сержант. – Валите за водой. Без неё не возвращайтесь.


Отделение опасливо подошло к стене, отделявшей внутренний лагерь от внешнего. Сделанная из обычного рокрита, стенка казалось довольно прочной.


- Так, ну-ка… - Арк подошел к одной из амбразур и вгляделся внутрь. Увиденное не слишком впечатляло.


Внутренний лагерь, где они сейчас находились, располагался на холме. Внешняя же часть – у подножия холма, так что Арк и остальные сейчас могли относительно свободно разглядывать творящееся внизу.


А там были орки. Большие, в полтора раза выше и шире человека, зеленокожие парни с грубыми арматуринами и ещё более грубыми пистолетами – «рубилами» и «пулялами», если говорить по-орочьи – весело потрошили последние казармы – последние, потому что все остальные уже носили явные следы разгрома.


- Что они там делают? – Прошипел Аврелий.


- Я туда не пойду. – Тихо пискнул один из бойцов отделения.


- Тихо. Я схожу. – Шёпотом отозвался Арк и легко перемахнул через рокритовую стену.


- Герой. – С какой-то непонятной интонацией произнес Билли.


- Идиот. – Озвучил своё мнение об Арке комиссар. – Куда он поперся без ведра?


Сзади подбежал бренчащий ведром Густав.


- Эй, а где Арк? Я что-то пропустил?


- Угу. Вроде того. – Буркнул Аврелий, забирая ведро у гвардейца. – Пойду за ним. – И выразительно посмотрел на своих солдат.


- Очень храбро, сэр. – Одобрил действия Аврелия Билли, сделавший небольшой шажок назад.


- Густав? – Повернулся комиссар ко второму своему подчиненному.


- Так точно, сэр. – Мрачно отозвался тот.


* * *


Арк, старясь не шуметь, тихо пробирался вдоль рокритовой стены. Он находился на небезопасной территории внешнего лагеря, здесь шлялись орки, а он не собирался давать им повода себя обнаружить. А если обнаружат… его шансы невелики. В очередной раз убийца проклял слуг инквизитора, что «для достоверности» побили их слегка шоковыми дубинками и сдали Арбитрес. Ну а те, разумеется, конфисковали все снаряжение своих новых арестантов. Так канула в лету столь привычная винтовка, корректно именуемая «охотничьей», любимый нож, удобный и практичный полевой комбинезон и прочие вещи. Теперь их заменили одинаковые для всех лазган, грязная форма и флак-жилет.


С самых ранних лет в школе убийц Арк привык к стаб-оружию куда больше чем к лазерному, которое он почитал дилетантским. Автоган или винтовка не выдают стрелка ярким лучом энергии – стало быть, ему, Арку Ферису, они подходят куда больше.


Совсем рядом раздалось громкое топанье и потянуло орочьей вонью. Убийца вжался в стену как мог, читая про себя молитву невидимки:


"Я стал тенью, обступившей меня,

Я стал воздухом, что окружает меня,

Я та земля, что укроет меня,

Я готовлюсь к удару,

Выпадая из тени.

Я готовлюсь к убийству,

Возникая из воздуха.

Я невидимка,

Я бесшумнее смерти."


Когда орк, не заметив Арка, прошагал мимо, убийца ещё раз беззвучно проклял Арбитрес и Лазаря. Если бы у него не отобрали нож, он бы сейчас воткнул его орку куда следует, бесшумно избавившись от зеленокожего. Эту тварь надо было убить одним ударом или выстрелом, иначе на его ор прибегут соплеменники. А в убойности своего порядком затасканного лазгана Арк уверен не был.


Это было убийство, возможность совершения которого он упустил. Ферис почувствовал, что Император был бы этим недоволен, ведь каждый убитый ксенос приближает тот день, когда Галактика будет очищена от нелюдей.


Арк прекрасно понимал, что смерть этого орка была бы грязной и, конечно же, никем не оплаченной. Но он никогда не ставил деньги на первое место. Каждый раз, идя на дело, Арк чувствовал себя гладиатором, что выходит на арену. Арену, на которой его ждет масса сильных и хитрых врагов, но сверху, с самой высокой ложи, на одинокого гладиатора смотрит сам Император, и один его благословляющий жест, один его одобрительный взгляд стоит всей крови, что придется пролить, всех смертей, что придется принести.


Так было раньше. Сейчас, поступив на службу в Инквизицию, Арк понимал, что вся его жизнь становится ареной, ареной, с которой невозможно уйти, которую не покинуть иначе как отдав свою жизнь.


Он никогда не тешил себя россказнями про загробную жизнь. Арк не верил в жизнь после смерти и не хотел в неё верить. По простой причине – если загробный мир существует, то кроме него там окажутся и те самые люди, которым он в разное время помог там оказаться пораньше него - слуга какого-то аристократа, зарезанный кинжалом, босс небольшой технобанды, утопленный в тигле с кипящим металлом, неофит школы-конкурента, чью голову он прострелил из той самой «охотничьей» винтовки… Нет-нет-нет, встречаться с этими парнями ещё раз он не хочет.


Убедившись, что орк прошел мимо, Арк со всей осторожностью отправился дальше, повторяя молитву невидимки.


Впереди, за поворотом стены лагеря, он должен увидеть плац, а за ним – казармы. Досадуя на отсутствие ауспика или самого банального бинокля, убийца выглянул из-за угла.


Плаца, как нормально ровной и пустой поверхности больше не существовало. Теперь на нем громоздились горы барахла натащенного из разных помещений лагеря. Откуда-то пригнали даже пару бронетранспортеров, которые теперь увлеченно потрошили несколько здоровых зеленых парней. А посреди этого хаоса возвышался, наверное, самый большой в этой банде орк, весь увешанный какими-то инструментами – гаечными ключами, молотками, лазерными резаками. Из-за спины у него торчала пара мехадендритов. А ещё на самом краю плаца располагалась водяная колонка. До неё было каких-то метров десять.


- Эй, Арк, где ты, черт тебя побери? – Раздалось сзади.


Это был, конечно, комиссар Аврелий, что якобы тихо подкрадывался, очень осторожно переступая ногами и бренча ведром на всю округу.


- Придурки! Прикройте меня! – Заорал Арк, вырывая ведро из рук у комиссара и устремляясь к колонке.


Над головой у него пронеслись несколько лазразрядов – палили Густав и Аврелий, потом ещё один энергетический луч чуть не пробил ему голову – это Билли, видимо, тоже куда больший приверженец стаб-оружия. В ответ со стороны плаца полетели пули, что орки радостно выпускали из своих стрелял и пулял.


Проклиная все на свете и мешая проклятия с молитвами и литаниями, Арк кое-как набрал полведра, нажав на рычаг колонки и плюхнувшись наземь, подальше от выстрелов.


- Отходим! Прикрывайте! – Во всю мочь легких крикнул он, пытаясь отползти от колонки и толкая ведро перед собой.


На последних двух метрах выручил Билли – подбежав, схватил ведро одной рукой, продолжая палить из лазгана, который он держал во второй руке.


- Валим! – Доходчиво сформулировал приказ комиссар, когда вся группа вместе с новым Хранителем Ведра, завернула за угол рокритовой стены. Тут выстрелы орков были пока что не страшны, и можно было дать тягу как следует, не оборачиваясь и не ведя заградительный огонь.


- Ещё немного! – Подбадривающе проорал комиссар уже слегка садящимся голосом, когда впереди показалось то место, через которое они перелезли, идя вперед.


Арк ловко подпрыгнув, подтянулся и залез на стену.


- Давай ведро!


- Оба-на! – Ведро ушло вверх, а за ним Билли, возносимый собственными усилиями и рукой Арка, оказался наверху стены.


- Руки! – Почти синхронно крикнули Густав и Аврелий, слыша как приближается орочий топот.


В один миг солдаты втянули своих коллег наверх стены, после чего все четверо лихо и придурковато спрыгнули вниз.


- Допрыгались? – Перед ними стоял сержант.


- Так точно, сэр! – Бодро отрапортовал Густав, а Билли, в свою очередь, протянул ведро.


Сержант-надсмотрщик принял его, хмыкнул и готов был уже отойти, как его вернул назад немного нервный голос Аврелия.


- Сэр, есть мнение, что орки сейчас пойдут на штурм.


Сержант смерил взглядом всех четверых солдат, медленно подошёл к амбразуре в стене, взглянул в неё. Потом снова повернулся к своим водоносам.


- Йобы. – Только и сказал он.

Продолжение в комментариях
Развернуть

Wh Песочница Chaos (Wh 40000) Chaohanic сделал сам ...Warhammer 40000 фэндомы 

Вспоминаю своих старых персонажей. Эх...
Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,Wh Песочница,фэндомы,Chaos (Wh 40000),Chaohanic,сделал сам,нарисовал сам, сфоткал сам, написал сам, придумал сам, перевел сам
Развернуть
В этом разделе мы собираем самые интересные картинки, арты, комиксы, статьи по теме Wh Песочница (+8337 картинок, рейтинг 38,381.9 - Wh Песочница)