копипаста

Подписчиков: 9     Сообщений: 392     Рейтинг постов: 1,639.9

HBO Wh Песочница horus Horus Heresy Wh Past джордж мартин экранизация наебалово? копипаста Wh Other ...Warhammer 40000 фэндомы Primarchs 

Вархаммер 40000 на HBO?

Недавно в британских СМИ поползли слухи о том, что всем известная телевизионная сеть HBO, входящая в корпорацию Time Warner, начинает попытки переговоров с компанией Games Workshop (далее GW) по приобретению прав на экранизацию сериала по мотивам варгейма и популярной серии книг Warhammer 40000 Horus Heresy. В первые часы новость была воспринята фанатами осторожно и выглядела как очередная "утка", так как исходила из неизвестных источников, но днём позже, после прямых вопросов журналистов к комьюнити GW и HBO, ситуация изменилась, причиной этого стала откровенно странная реакция компаний на прямые вопросы журналистов. Компания GW отказалось комментировать возникшую информацию, назвав эти слухи, очередным вбросом, тогда как представители HBO, прокомментировали ситуацию довольно неопределенно: "Мы постоянно контактируем с правообладателями интересующих нас книг и игровых вселенных, но это не значит, что мы получаем права на всё, что нам интересно, в любом случае не волнуйтесь, как только мы соберёмся снимать что-то новое, то вы сразу об этом узнаете".После таких неоднозначных комментариев отношение к слухам изменилось и стало понятно, что какие-то контакты между компаниями имели место быть, но какие, до недавнего момента, было совсем не ясно.На данное время, появилась очередная новость от, якобы, близкого к GW источника который сообщил, далее цитата: "HBO действительно ведёт переговоры с GW по приобретению прав на экранизацию Ересь Хоруса, мне точно известно только то, что финансовая сторона контракта полностью удовлетворяет руководство GW, но проблема в другом, компания правообладатель хочет что бы весь сценарий полностью согласовывался с одним из подразделений компании - Black Library, отвечающей за каноничое написание сюжета и истории по вселенной Warhammer 40000. HBO это полностью устраивает, но руководителям Black Library (далее BL) и авторитетным писателям серии не понятно, как будет решена проблема с по сути меняющимися каждые 2-3 книги главными героями, что подразумевает, довольно частые и практически полные замены авторского состава, в купе с нелинейностью повествования. BL волнует, что ради привлечения зрителя придется полностью перекраивать сюжет, на что GW идти не готов. В данной ситуации, если HBO не предложит адекватного решения, GW будет вынужден отказать в продаже прав, так как частые замены актёрского состава, по их мнению, отпугнёт зрителя и экранизация провалится. Босы GW уверены, что провал сериала, который явно привлечет огромное внимание общественности, ударит по имиджу и доверию к их компании куда больше, чем по экранизаторам."В общем, если этот текст правда, то становится ясно, в GW просто не уверены, что у HBO хватит ресурсов и терпения на экранизацию такой огромной по масштабам вселенной. По человечески они правы, если сериал провалится, у всего мира сложится негативное впечатление о вселенной и неизвестно когда снова выпадет шанс перенести Warhammer на "плёнку". С другой стороны, вселенная может получить всеобщее признание, как экранизированная теми же ребятами из HBO, игра престолов, так что GW, может быть стоит рискнуть?З.Ы. 
(спросите а при чём здесь Джордж Мартин? думаю с HBO он довольно хорошо ассоциируется)
HBO,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,Wh Песочница,фэндомы,horus,Primarchs,Horus Heresy,Ересь Хоруса,Wh Past,джордж мартин,экранизация,наебалово?,копипаста,Wh Other
Развернуть

Wh Песочница книги Wolfsbane копипаста простыня Space Wolves Leman Russ СПОЙЛЕР wh_books Wh Other ...Warhammer 40000 фэндомы Primarchs Imperium Space Marine 

Спойлеры из новой книженции по Ереси.

Пролог книги - первая встреча Русса и Хоруса, когда Леман был найден Императором. Хорус и Император наблюдают за Руссом и его "стаей", обсуждая их включение в состав Империума и передачу командования 6 Легиона Руссу. Весь пролог нужен для того, чтобы показать, каким на самом деле завистливым является Хорус. Император знает, что есть разница между Руссом, которого видят его братья по стае, и настоящим Руссом, поэтому Повелитель человечества постоянно повторяет Хорусу, что не стоит недооценивать брата. Когда происходит разговор Хоруса и Русса, то у последнего возникают проблемы со словами языка Империума и теми, что относятся к аспектам фенрисийской жизни. Хорус начинает поправлять его, и Русс отвечает: "О, ладно. Я начал учить ваш язык всего лишь 5 дней назад". Это ошеломляет Хоруса, что ещё раз подчёркивает его завистливость. Затем события книги переносятся на Терру, куда пребывает Сангвиний. Русс получает доклад от команды Малкадора, которая была послана на "Мстительный дух", чтобы пометить его для атаки. Последним в списке оказывается Локен. Это довольно неплохой кусок, в котором последний лояльный Лунный волк разговаривает с Волчьим королём, и в котором Русс задаёт Локену главный вопрос: "Я смогу убить его?". Локен отвечает: "Нет". Дальше нам указывают на копьё. Оно находится в его штабе, но в отличие от другого оружия, которое Русс держит ближе к себе, копьё стоит отдельно, словно Русс не хочет спускать с него глаз, потому что не доверяет копью. Эта тема тянется через всю книгу - Русс не любит и не доверяет этому копью, и хранит его только потому, что это подарок Императора. Он не осмеливается попытаться уничтожить его, но очень часто пытается "случайно" оставить его где-нибудь, но копьё всегда к нему возвращается. Даже когда возвращается Сангвиний, и примархи собираются на совет, Русс берёт с собой копьё на тот случай, если вдруг появится Император, чтобы не показаться неблагодарным, пусть он и не любит копьё. Встреча примархов вызывает смешанные чувства. Создаётся впечатление, что все остальные примархи, кроме Русса, просто не дописаны. Их разговор напоминает разговор каких-нибудь Астартес. На совете поднимается тема использования библиариев, рунных жрецов и лицемерия Русса. Дорн всё ещё настаивает на обороне, с чем соглашаются все, кроме Русса. Русс объявляет, что отправляется убить Хоруса. Все в комнате против этого. Далее следует один из самых забавных моментов в книге. Русс говорит, что останется, если сам Император попросит его об этом. Он кричит, взывая к Императору, чтобы тот дал знать, стоит ли ему остаться. Русс смеётся, когда никакого овтета не приходит, затем слегка кивает и произносит:"Ну, я думаю ответ мы получили". Когда Легион готовится покинуть Терру, Малкадор вызывает Русса, и они снова играют символическую партию, которая имеет глубокое значение. Малкадор сообщает, что Русс не сможет убить Хоруса с его новыми силами, и что если Русс уйдёт, то ни он, ни Император не смогут сказать, каким будет результат. Русс всё равно решительно настроен уйти, но сперва ему нужно доставить Легион в другое место. Когда Русс уходит, Малкадор замечает, что он забыл копьё. Когда последние воины стаи готовы покинуть Терру, к Руссу приходит Константин Вальдор. Русс удивлён, потому что он шесть месяцев безуспешно пытался добиться встречи с Вальдором, и вот Константин сам приходит к нему. Русс начинает спрашивать, что происходит в подвалах дворца, указывая на уменьшение количества кустодианцев. Вальдор не может ответить ему, но Русс догадывается, что под дворцом идёт битва, и из-за этого Императора давно не видели. Даже когда Русс спрашивает, выигрывают ли они или нет, Вальдор всё равно не может дать ответ. Разочарованный Русс требует ответа, зачем Вальдор пришёл к нему, на что капитан-генерал отвечает:"Ты забыл его, когда говорил с Малкадором" - и протягивает Руссу копьё, завёрнутое в бархат.


А вот, собственно, почему Русс не любит копьё:


 Когда Русс взял копьё, подаренное Императором, ему приснился кошмар. Он оказался посреди поля усыпанного прахом, который покрывал броню астартес со знаками VI Легиона. В руках Русс держал копьё. Примарх услышал громкий вой, а затем увидел Моркаи, который атаковал его. Русс не мог победить Моркаи, но прежде чем Моркаи смог нанести смертельный удар, Русса разбудил Хорус. Хорус посмотрел на копьё, стоящее у стены за спиной Русса, и сказал:"Это хорошее копьё".


И ещё кусочек.


В книге есть Белизарий Коул, и этот персонаж кажется насильно включённым в книгу. Во временном отрезке, когда происходят события книги, он дослужился до тех-аколита. Он служит на мире-кузнице, которая находится на пути к Бета-Гармон, поэтому тактически важном. Коул очень умён, даже по стандартам Механикус. На этот мир-кузницу прилетают предатели, требуя подчинения Воителю и Кельбор Халу. После небольшой битвы предатели побеждают и заставляют механикум преклониться перед Хорусом, который появляется собственной персоной. Каждого адепта Механикум заставляют поклясться в верности у ног Хоруса, а тому, кто этого не сделает, Абаддон вышибал мозги. Когда Коул преклоняет колено перед Хорусом и говорит, что верен ему, он решает, что не будет служить никому столь же злому и что ему нужно выбираться отсюда. 
Русс прилетает на Фенрис, чтобы спланировать свои дальнейшие действия, часть с Фенрисом является одной из лучших. Она напоминает "Сожжение Просперо" своим описание Этта, тем, как члены стаи разговаривают друг с другом. Делается акцент на Бьорне, который продолжает пользоваться благосклонностью примарха, несмотря на своё низкое положение в общей иерархии. Ему не нравится, когда его называют "Разящая рука", предпочитая "Однорукого". 
Русс разрабатывает стратегию, благодаря которой он сможет помочь Империуму, встретившись с Хорусом, пусть даже он и не сможет убить Воителя. Стая находит Мстительный дух. Помните те пометки, которые оставляли Странствующие рыцари? Это были не только боевые знаки, указывающие направление и особо важные цели, но и специально разработанные руны, которые позволили Рунным жрецам выследить Мстительный дух в галактике. Они проследили его до самого мира-кузницы (на которой находился Коул ), и куда Русс взял большую часть своего Легиона - около 40000 астартес. 
Происходит большая битва, в которой основная часть стаи берёт Мстительный дух на абордаж, где враг превосходит их числом и вооружением. Русс добирается до Хоруса, и Воитель пытается переманить Русса на свою сторону, но потом оставляет эти попытки и просто атакует. Хорус выживает, Русс серьёзно ранен, но добивается своей цели - он ранит Хоруса копьём. Стая отступает, понеся огромные потери. Ярлы берут командование на себя и направляют флот на Ярант. Хорус приказывает Абаддону преследовать волков, прежде чем выдвинуть собственный флот к Бета-Гармон. 

Центральной темой книги является мистицизм Легиона, и Гай Хейли не стесняется лицемерной позиции волков в отношении никейского эдикта и псайкеров. Между Дорном и Руссом даже происходит перепалка из-за этого. Позиция Русса проста:"Мои люди знают свои пределы, а другие - нет". Отчасти эта тема должна отражать растущую мощь варпа, Хаоса и запрещённых сил, а также отношение к ним Легиона.


По итогам Русс всё-таки жопошник (хоть мне Волки и нравятся, но этот факт я признаю), хоть и не максимальный. Это же надо - увести Легион с Терры, когда каждый Астартес на счету, в заведомо безуспешной попытке грохнуть Хворуса.

Развернуть

Wh Песочница книги копипаста Опустошение Баала The Devastation of Baal данте Робаут Жиллиман Кровавые Ангелы дохуя букв слишком много читать ...Warhammer 40000 фэндомы 

Тут в одной группе выложили новую книженцию ("Опустошение Баала", пока только на иглише), и переведённые фрагменты. Ссылка на группу в комментах.

Ультрамарины старого образца уступили место высоким представителям нового вида. Они притопнули и вытянулись по стойке смирно, когда Данте устало хромал мимо к бронированным вратам командного центра. Они открылись, когда он приблизился. Данте стряхнул руку Альбина у порога и шагнул внутрь так гордо, как только мог.
На троне из чистого адамантия, окружённый сотнями чистых стягов, сидело живое чудо, огромный воин, облачённый в синее и золотое, выражение его лица было красивым, но суровым, массивная перчатка покоилась на одной руке, огромный меч в ножнах лежал на коленях.
Теперь он понял значение меча, отсутствующего в его видении. Меч Императора был перед ним, у живого примарха.
Робаут Жиллиман прибыл на Баал. В этом не было ошибки. Данте видел примарха раньше, закрытого в стазисном поле в крепости Геры на Макрейдже, где он сидел, заключённый за секунду до смерти большую часть истории Империума. И тем не менее он был здесь, живой и дышащий.
Физическое присутствие примарха ударило по Данте. Жиллиман был воплощённым благородством, монументом во плоти. Его присутствие подавляло. Игнорируя боль от его исцеляющихся ран, Данте упал на колени с грохотом брони и склонил голову.
- Неужели это правда? Это действительно вы? Вы живы?
Примарх встал, отставил меч в сторону и спустился по ступеням.
- Встань, Данте, - нежно сказал Жиллиман. - Я не приму проявлений смирения от таких людей, как ты. Ты один из немногих в этой эпохе, кто заслужил право говорить со мной на равных условиях. Встань. Сейчас же.
Данте закряхтел от боли, попытавшись подняться на ноги. Жиллиман взял Данте за наплечник и поднял Магистра ордена.
- Прости за унижение, - сказал Жиллиман. - Я вижу, что ты ранен.
Данте ошеломлённо кивнул.
- Больше никогда не преклоняй передо мной колено. Я хочу, чтобы ты стоял вместе со мной в знак уважения. Я прикажу, если потребуется. Но я бы не хотел, чтобы наши отношения развивались на таких условиях. У меня нет времени на церемонии, слишком много дел. Хотя если боль слишком сильная, ты конечно же можешь сесть, - сказал он с тенью улыбки.
- Это сон или видение?
- Ни то, ни другое. Я живой. Я вернулся, чтобы спасти Империум, - сказал Жиллиман.
- Простите меня, повелитель, - Данте хотел отступить на шаг назад, чтобы посмотреть ему в глаза. - Я потерпел неудачу. Я созвал вместе ордены Крови, и потерял их все, чтобы спасти Баал. Аркс Ангеликум в руинах. Тысячи космодесантников мертвы, Баал опустошён.
- Простить? - переспросил Жиллиман. - Нечего прощать, Данте. Ты остановил их. Когда мы прибыли, флот-улей был сильно истощён, и с лёгкостью был уничтожен. Пока мы говорим, Неодолимый крестовый поход очищает эту систему от остатков тиранид. Ты достиг того, что удавалось немногим, и уничтожил главное щупальце флота-улья. Я бы поздравил тебя, но у меня не найдётся слов, чтобы описать весь масштаб твоего достижения, - Жиллиман положил руку на плечо Данте. - Ты спас Баал от Разума улья, командующий Данте, и вместе с ним и большую часть сегментума.
После этих слов Данте зарыдал.
- Простите меня, простите, - произнёс он. - Я почти проиграл. Я почти всё потерял. Пожалуйста, простите меня.
- Нечего прощать.
Данте ничего не слышал. Боль от ран и присутствие живого примарха взяли над ним верх, и он рухнул на землю.
Развернуть

wh humor Wh Other Wh Песочница копипаста ...Warhammer 40000 фэндомы 

Мы с братом Элифасом возвращались на десантном челноке с Калта, с вечерней резни. В транспортном отсеке двое пленных Ультрадесантников не захотели уступить нам место, точнее они слишком медленно встали, за это мы их принесли в жертву демонам, эти отбросы визжали как свиньи, захлебываясь кровью. Все остальная имперская грязь, как стадо испуганных гроксов, сбились в кучу в дальнем конце челнока и даже боялись посмотреть в нашу сторону. Правда один одетый в силовую броню здоровяк, увешанный аквилами и печатями чистоты, наверное, капеллан, пытался что-то сказать, но брат Элифас швырнул его на пол, и мы долго били его ногами в живот, пока он не начал сцать прямо на свои инсигнии. Когда челнок остановился, все пленники в ужасе выбежали на палубу, и мы с братом спокойно в пустом челноке долетели до нашего командного корабля, швыряя в бродивших пленных имперцев срезанные с Ультрадесантников головы и аквилы. Кровь Для Бога Крови! Черепа Для Трона Черепов!
wh humor,Wh Other,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,Wh Песочница,фэндомы,копипаста
Развернуть

Wh Песочница wh humor Wh Other копипаста удалённое ...Warhammer 40000 фэндомы 

ВОТ УЖЕ КОТОРЫЙ ГОД ТЫ ПРАВИШЬ СИЛАМИ ИМПЕРИИ В СИСТЕМЕ КАУРАВА.
ВСЁ ИДЕТ ПО ПЛАНУ ВО ИМЯ БОГА-ИМПЕРАТОРА
@
НО С КАКОГО-ТО ХРЕНА НАЧИНАЕТСЯ ВАРПОВОРОТ, ЛОМАЮЩИЙ ВСЮ КАРТИНУ ЗВЕЗДНОГО НЕБА
@
СПЕРВА НА ПЛАНЕТУ , ГДЕ ТЫ СПОКОЙНО ПОТЯГИВАЕШЬ ЧАЙ, СИДЯ В ГУБЕРНИИ, СПУСКАЕТСЯ ОТРЯД ИСТЕРИЧНЫХ БАБ С ВЕЧНЫМ ПМС ВО СЛАВУ ИНКВИЗИЦИ. ТЫ ПОНИМАЕШЬ, СПОКОЙНОЙ ЖИЗНИ КОНЕЦ
@
УСМИРЯЕШЬ ТОЛПУ ВЕЧНО ОРУЩИХ ИСТЕРИЧЕК, РАЗДАВ ИМ ВАСИЛИСКОВЫХ ТАМПАКСОВ
@
В ЭТО ВРЕМЯ НА СОСЕДНЕЙ ПЛАНЕТЕ НАЧИНАЕТСЯ ПОЛНЕЙШИЙ ИДИОТИЗМ
@
ГОСПОДА С КОСМОДЕСАНТА РЕШИЛИ ВЕСЕЛО ПРОВЕСТИ ЗИМНИЕ КАНИКУЛЫ В ТВОЕЙ СИСТЕМЕ И ПОСТРЕЛЯТЬ ВО ВСЁ, ЧТО ДВИЖЕТСЯ.
@
ПОКА ТЫ ПРОДИРАЕШЬСЯ ЧЕРЕЗ ТРОПИЧЕСКИЕ ЛЕСА, К ЭТИМ КУТЯЩИМ ЗАСРАНЦАМ, НАТЫКАЕШЬСЯ НА ПОСЕЛЕНИЕ АГРЕССИВНЫХ МАТЬ ЕГО ОРКОВ, КОТОРЫЕ ЕЩЕ С ПРОШЛОГО РАЗОГНАННОГО КОРПОРАТИВА ЕРЕТИКОВ ТЕБЕ ЗАПОМНИЛИСЬ СВОЕЙ ТОЛПОЙ.
@
ГУЛЯЕШЬ ПО ДЖУНГЛЯМ И БОЛОТАМ, РАЗВЕШИВАЯ КРОВАВЫХ ЗВЕЗДЮЛЕЙ НАЛЕВО И НАПРАВО ВО СЛАВУ БОГА-ИМПЕРАТОРА
@
НАКОНЕЦ С ЗЕЛЕНЫМИ ПОКОНЧЕНО И МОЖНО ЗАНЯТЬСЯ ДЕСАНТУРОЙ НА ВЫГУЛЕ
@
ВНЕЗПНО СО СПУТНИКА ПРИЛЕТАЕТ СМС С ТЕКСТОМ "ПОШЕЛ В ЖОПУ" И С ПОДПИСЬЮ ЗА ВЫСШЕЕ БЛАГО!
@
РАЗВОРАЧИВАЕШЬ НАРОД В СТОРОНУ ГОЛУБЫХ ТУПОНОСЫХ УБЛЮДКОВ, СПАМЯЩИХ ЧЕРЕЗ ТВОЮ СЕТЬ
@
БОЙ БЫЛ ТРУДНЫМ, НО УДАЛОСЬ ДОБЫТЬ ОГРОМНУЮ ПУШКУ, С КОТОРОЙ НАКОНЕЦ МОЖНО ПАЛЬНУТЬ ПО ИЗРЯДНО РАЗГУЛЯВШЕЙСЯ КРАСНОЙ ДЕСАНТУРЕ
@
БЛАГОДАРИШЬ БОГА-ИМПЕРАТОРА И ПРОСИШЬ ПРОЩЕНИЯ ЗА СОДЕЯНОЕ
@
КАЖЕТСЯ МИР И ПОКОЙ СНОВА С НАМИ, НО ТУТ ТЕБЕ ВСПОМИНАЕТСЯ ЧТО БЫЛО ЕЩЕ 2 ПЛАНЕТЫ В СИСТЕМЕ И ТЫ ЛЕТИШЬ ТУДА ПРОИНСПЕКТИРОВАТЬ МЕСТНЫХ УПОЛНОМОЧЕННЫХ
@
НА ПУСТЫННОЙ КАУРАВЕ 3 АНДРОИД ВОССТАЛ ПРОТИВ ГУГЛА И ТЕПЕРЬ КЛЕПАЕТ АРМИЮ ВЕЧНО РАБОТАЮЩИХ РОБОТОЛЮДЕЙ (ГРЕБАНЫЙ КАЛАМБУР)
@
МОЩНАЯ ПУШКА СМЕТАЕТ НЕПОКОРНЫЕ ГАДЖЕТЫ И ОТКЛЮЧАЕТ ИХ ИЗ ТАЙНОЙ РОЗЕТКИ
@
ВСЁ ЭТО ВРЕМЯ, ГДЕ-ТО РЯДОМ, ВЕЧНО ЧТО-ТО ШАРОЕБИТСЯ В КУСТАХ И ЗА ПРИГОРКАМИ
@
ПРИСМАТРИВАЕШЬСЯ И ВИДИШЬ НЕЗАКОННЫХ ИМИГРАНТОВ ТЕЛЕПОРТЕРОВ ИЗ ДРУГОГО ИЗМЕРЕНИЯ
@
ВЫЗЫВАЕШЬ ФМС, ЧТО БЫ КОНКРЕНТО ПЕРЕГОВОРИТЬ С ИХ НАЧАЛЬСТВОМ
@
ГЛАВНЫЙ ПО МИГРАНТАМ В ПОПЫХАХ ПЫТАЕТСЯ ОПРАВДАТЬСЯ, ССЫЛАЯСЬ НА ВАРПОВОРОТ И НЕСТАБИЛЬНУЮ ЭКОНОМИКУ, НО ТЫ НЕ СЛУШАЕШЬ И УЖЕ ДОБИВАЕШЬ ПОСЛЕДНЮЮ МРАЗЬ
@
ВО СЛАВУ БОГА-ИМПЕРАТОРА ЛЕТИШЬ НА ПОСЛЕДНЮЮ САМУЮ ПРОБЛЕМНУЮ ПЛАНЕТУ
@
МЕСТНЫЕ МАЗОХИСТЫ ОБЗАВЕЛИСЬ ПУШКАМИ У ПЕРЕКУПЩИКОВ И ТЕПЕРЬ НАЧАЛИ ДЕЛИТЬ ТЕРРИТОРИЮ С ПОНАЕХАВШИМИ ИЗ ПАЛАТЫ НОМЕР 6
@
НАБЛЮДАЕШЬ ВСЁ ЭТО ДЕЙСТВО СО СТОРОНЫ, ИБО ТАКОГО ЦИРКА НЕ ПОКАЗЫВАЛИ ДАЖЕ НА ТЕРРЕ
@
ДОБИВАЕШЬ ОСТАВШУЮСЯ ШЕЛУПОНЬ И ГОРДО ВОЗВРАЩАЕШЬСЯ В СВОЮ ЛЮБИМУЮ ГУБЕРНИЮ ,И ТОЛЬКО СЕЙЧАС ПОНИМАЕШЬ
@
ЧАЙ ОСТЫЛ.
Развернуть

копипаста много букв удалённое ...Warhammer 40000 фэндомы 

Не знаю, читали ли вы, но мне это доставило удовольствие. Картинка просто для внимания.

Во вселенной сорокатысячника всё в принципе работает на пафосе. Даже более того, всё из пафоса состоит. Человек в империуме может жить двумя путями - либо тихо и скромно, выжигая данный при рождении запас пафоса к сорока годам, либо воюя и превозмогая, приумножая свой пафос и живя дольше. Естественно все хотят жить подольше, поэтому война не прекращается ни на секунду. Отсюда и "there is only war". Пафос в человеке хранится везде, кроме головы, потому что там мозг. Потому что мозг генерирует несовместимые с пафосом мысли типа "Нецелесообразно с воплем "ЗА ИМПЕРАТОРААААА" и мелтаганом нестись на танк". Пафос из человека постепенно испаряется, чтобы предотвратить испарение, можно запаковаться герметичный паверармор. Шлем таскать необязательно - из головы пафос не испаряется, потому что его там нет. Кстати, именно по этой же причине у имперских гвардейцев такие непропорциональные головы: мало пафоса = маленькое тело. Исключением в гвардии являются комиссары - у них нет мозга, поэтому для предотвращения утечки пафоса они носят защитную фуражку, которая со временем пропитывается пафосом и тоже растет. Вернёся к паверарморам. Их мало, поэтому их дают носить только самым пафосным. Самых пафосных отбирают с детства, муштруют, делают пересадку правильного пафоса от старших товарищей, называют марином и запаивают в доспех на всю жизнь. За долгие годы превозмогания пафоса в доспехе обычно накапливается настолько много, что он напрочь вытесняет тело. В результате марин становится чистым пафосом в доспехе, иногда с примесью в виде головы. Если пафоса слишком много и доспех трещит по швам, то марина пересаживают в более вместительный терминаторский. Если и там становится тесно - то в самую пафосную оболочку - дредноут. Умирают марины в основном оттого, что им пробивают доспех, пафос вытекает, и у марина случается ломка от недостатка пафоса. Для этого у маринов есть апотекарии, которые большим шприцом собирают вытекший пафос и закачивают его обратно, не забыв отлить пять процентов себе. Или собирают пафос и отдают начальству для имплантации новобранцам, чтобы те поняли, что такое настоящий маринский пафос столетней выдержки. Но это только в случае, когда заливать пафос уже некуда. С оружем такая же картина. Есть, скажем, болтер. Если им подвиги совершать, то он будет расти, совершенствоваться, пока не станет хэвиболтером. Или ассолткой. Или мультимелтой. А если из него только на стрельбищах в мишени попадать, то он станет усыхать, пока не станет болтпистолетом. Если же и тут ему не повёзет, то он вообще перестанет громко пафосно бабахать, к нему приделают приклад, покрасят, обзовут лазганом и отдадут в гвардию.
фэндомы,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,копипаста,много букв,удалённое
Развернуть

копипаста Великая Отечественная Война ...Warhammer 40000 фэндомы 

http://sublieutenant.livejournal.com/347045.html - стыбрил тут. Если баян, то прошу не отдавать меня в лапы Ордо Боянус, лучше отправьте завтра в атаку первым.
----------------------------------------------------------------------------------------
"Комиссар" (1/2)

В молочном киселе тумана танк шел вперед неохотно, медленно. Подвывая двигателем, он мягко полз сквозь густую завесу, в которой – лейтенант Шевченко готов был поклясться в этом – давным-давно растворился весь окружающий мир. Невозможно было представить, что в этой треклятой молочной гуще может существовать хоть что-то, кроме неверных теней и жирных клубящихся разводов. Что бывают где-то города, люди, дороги. Что идет где-то война и ползут в сотнях километров от них другие бронированные коробки на гусеницах, а внутри у них – такие же вымотанные люди в потрепанной военной форме…
Казалось, весь мир стал бездонным блюдом аморфного тумана, и только танк лейтенанта Шевченко – единственная вещественная его часть. И часть явно лишняя, заблудившаяся.
Танк сердился, ворчал дизелем, прокладывая невидимую тропу в этом кромешном киселе. Созданный для обжигающей схватки, для грохота боя, он не понимал, как здесь оказался и монотонно клял свой экипаж утробным механическим голосом. В голосе этом, состоящем из гула, хрипа и скрежета, чувствовалась обида большого и сильного существа.
- Ну едь ты, едь, старичок, - говорил ему время от времени лейтенант Шевченко, отчего-то чувствовавший вину перед танком, - Разворчался тут, малой… Твое дело простое, езжай себе вперед. Вот встретим фашиста, будет тебе работа. А пока едь себе.
Иногда, чтобы танку было легче, лейтенант Шевченко шутя пинал сапогом мягкую ватную спину мехвода:
- Михасик, зараза! Куда нас завел, сукин сын? Трактор колхозный тебе водить, а не «Иосифа Сталина». Вредитель фашистский…
- Бр-бр-бр-бр! - сердито и обижено отвечал снизу сержант Михальчук, перемазанный в масле и раскрасневшийся, - Это тут не я виноват, трищ лейтенант! Я как надо шел! По балочке и вниз, а потом налево. География тут дурная. Туман этот… Ни зги не видать, ни одного ориентира… Как в чан с манной кашей нырнули…
- География у него виновата! Трибунал по тебе плачет, вредитель! Какой приказ был? Приказ помнишь?
Приказ был прост, едва ли забудешь.
Дойти до расположения разведвзвода соседей за речкой. Разведчики вроде нашли пулеметный ДОТ немцев, но сами пока не уверены, просят подстраховать. Усилить разведвзвод танком, прикрыть броней. ДОТ, если таковой обнаружится, раскатать и выжечь. Вернуться своим ходом в расположение своей роты.
Приказ этот капитан Рыбинский довел до своих подчиненных кратко и веско, поглаживая коричневым пальцем карту. Приказ ерундовый, тем более, что и ДОТа наверняка там нет, просто психуют разведчики. Фашисты откатились отсюда с такой скоростью, что портки теряли, какие уж тут ДОТы… И танков нет, ни «Тигров», ни «Пантер», ни даже самой завалящей самоходки. Все, что могло двигаться, давно ушло – прочь от страшного артиллерийского гула и звенящих танковых клиньев.
Не приказ, словом, а легкая прогулка. Прокатиться километров десять, посидеть в сладко пахнущем осеннем подлеске, наскоро перекусить, да вернуться обратно – как раз к ужину и поспеешь. Вот тебе и прогулка. Залезли в проклятый туман – откуда его принесло по такой-то погоде? – сбились с пути, потеряли ориентиры. Не то, что ДОТ давить, самих себя сыскать бы…
- Долго прем, и все вслепую, - буркнул лейтенант Шевченко, злясь на себя, на туман, на разведчиков, на весь мир, - Сейчас уже, поди, к Берлину подходим…
- К Берлину не к Берлину, а до Парижу точно докатимся! – прыснул наводчик, смешливый Андрюха Курченко.
- Париж далеко от Берлина будет, - возразил мехвод Михальчук, но не очень уверенно.
- Ну верст десять, может… Тоже ведь Германия!
Школы наводчик Курченко не кончал, оттого в тонкостях гео-политических отношений между Германией и Францией не разбирался. Зато из штатной восьмидесятимиллметровки бил так же легко и метко, как из старого дедовского ружья, с которым ходил на соболиный промысел в тайгу. За это лейтенант Шевченко и включил его в свой экипаж. Париж от Берлина отличать не обязательно, а вот вылезет на тебя из кустов коварная «Пантера» с ее наглой рачьей мордой, тут уж у тебя две секунды – успел или нет…
- Странный туман, - сказал мехвод Михальчук, напирая на свои рычаги и монотонно ругаясь под нос, - Никогда такого не видал. Ну каша какая-то манная, ей-Богу. И, главное, упал как внезапно… Может, обождем, товарищ лейтенант? Постоим часик? Там оно развиднеется…
Мехвод был по-своему прав. Когда не знаешь, куда тебя занесло, переть вперед – дело дурное. В Берлин, может, и не занесет, а вот сверзиться с танком куда-то в овраг или налететь на валун – это запросто. Но стоять на одном месте отчаянно не хотелось. В мире, сотканном из жирных белесых нитей, и так было неуютно, остановка же означала бы, что танк со своим экипажем покорился судьбе. А этого лейтенант Шевченко не любил. И танк подводить тоже не любил.
- Двигаться тем же курсом! – приказал Шевченко отрывисто, вновь приникая лицом к резко-пахнущим резиновым окружностям триплекса, - Дорогу ищи! Может, повезет, вылезем из твоей каши… Ох, Михасик, Михасик!..
Он понимал, что вины Михальчука тут нет ни на копейку. Мехвод он был толковый, опытный, из тех, что танк чувствуют лучше собственного тела, а тугими рычагами управляют с легкостью вязальщицы, у которой в руках мелькают невесомые спицы. Никто не ожидал, что грозный «ИС», миновав знакомую, много раз хоженую балку, вдруг завязнет в густейшем тумане посреди ясного осеннего дня. Да так, что уже через несколько минут совершенно потеряет курс.
Потом пропала связь. Перхающая рация вдруг замолкла на полуслове, оборвав спокойную речь капитана Рыбинского, выговаривавшему кому-то из подчиненных за невнимательность. Замолкла – да так и не ожила. Напрасно лейтенант Шевченко то гладил ее по твердой теплой морде, то бил кулаком, как злейшего врага. Все частоты отзывались негромким механическим треском. Ни голосов, ни прочих звуков. Дело неприятнейшее, но в таком густом тумане, наверно, бывает. С одной стороны, крайне паршиво. Чувствуешь себя в большой консервной банке, которая задраена наглухо. В банке, которую утопили в непроглядно-белом болоте. С другой – хоть перед ротным пока не опозорились. И капитан Рыбинский не скажет ему после, грустно глядя в глаза – «Эх, лейтенант Шевченко… Опытный офицер, старый танкист – а тут такое выкинул. Танк в туман загнал, приказ не выполнил, топливо сжег. Эх, лейтенант…». И рапорт писать не будет, а так глянет, что тошно станет – словно в душу банку испорченных консервов вывалили…
«Ладно, - подумал лейтенант Шевченко, немного остыв, - Нечего на мехвода пенять. Сам же машину и погнал вперед… Сейчас остановимся, перекурим. После обеда туман, глядишь, и пройдет. Вернемся в роту своим ходом».
Он уже собирался ткнуть в спину Михальчука и скомандовать «стоп», но тот его опередил – напрягся за своими рычагами, ссутулился:
- Кажись, танк, товарищ лейтенант… Прямо по курсу, ровно на полночь.
- Какой еще танк, Михась? Из ума выжил? Вся рота позади. Нет здесь танков!
Но мехвод упрямо качнул головой:
- Вон, сами смотрите. В тумане идет, бок видать… Метров тридцать. Как есть, танк.
Под сердцем противно похолодело. Как будто сунул подмышку ком ледяного слизкого ила. Лейтенант Шевченко и сам приник к триплексу, пытаясь разглядеть среди жирных белых перьев хищный танковый силуэт.
Нет здесь танков, это он знал наверняка. Ни один танк их роты не смог бы их обогнать, а ведь курса они не меняли… Может, кто из подбитых после боя остался, небо коптит?..
- Бронебойный, - чужим и враз охрипшим голосом приказал Шевченко, - Готовься к бою. Курок, ищи цель. Стрельба по команде.
Четвертый член экипажа, сержант Лацин, проворно запихнул в широко-открывшийся орудийный зев тусклый цилиндр. Легко у него это получилось, ловко. Естественно, как почесать в затылке. Болтать Лацин не любил, зато работу свою знал.
А потом в триплексе мелькнула угловатая чужая тень, и лейтенант Шевченко обмер. То ли туман незаметно стал прозрачнее, то ли воображение подсказало недостающие детали, но он вдруг четко увидел в каких-нибудь двадцати метрах прямо по курсу незнакомый танк.
Не «Т-34», быстро подсказал инстинкт. Не старенький «КВ». Не «ИС». Конечно, и не коротышка-«БК». А что-то совершенно не похожее на знакомые силуэты советских танков.
Что-то чужое, хищное, совершенно незнакомое и очень большое, плывущее в тумане подобно боевому кораблю. Высокий ромбовидный корпус, напоминающий архаичные обводы первых танков, на нем – огромная, как скала, башня. Черты совершенно непривычные. Какие-то зловещие, жуткие, гипертрофированные. Как танк, вышедший не с заводского конвейера, а со страницы какого-нибудь страшного фантастического романа про буржуазные войны. Иллюстратор которого изобразил танк так, как видел его в своих ночных кошмарах: бронированная непропорциональная туша, башня гидроцефала, угловатые гусеницы…
«Экая махина… - присвистнул кто-то невидимый, пока лейтенант Шевченко заворожено глядел на выпирающего из тумана зверя, - И как она по грунту идет на таких узких гусеницах?..»
"Пантера"? Нет, "Пантера" куда меньше. "Тигр" формы другой, квадратный, как рубанком обтесан... А это... Мать честная, неужели "Тигр Королевский"?.. Лейтенант Шевченко ощутил, как изнутри все тело ошпарило соленым потом.
Это было ночным кошмаром, который вдруг выполз в реальный мир, и теперь неторопливо двигался встречным курсом на шевченковский «ИС». Не просто двигался, пер, не различая дороги, мрачный стальной осколок неизведанного, но очень неприятного мира. Лейтенант Шевченко увидел щербатую серую броню, заклепки, глазки бойниц и тысячи тех мелких деталей, которых не разглядишь издалека, но которые царапают сердце, стоит лишь оказаться вблизи.
Ствол – толстый, недлинный, как у мортиры. Из неуклюжего корпуса выпирает пониже еще один, подлиннее и поменьше. Кажется, и в спонсонах, нарывами вздувшихся на боках стального чудовища, что-то топорщится… Не танк, а передвижная крепость тонн на семьдесят. И сейчас все эти семьдесят тонн медленно и зловеще перли прямо на лейтенанта Шевченко, скрипя узкими гусеницами и громко пыхтя мотором…
Сейчас "Тигр Королевский" навалится на «ИС», как бульдозер на шаткий сарай, завизжит сминаемая сталь, тонко захрипит раздавленный мехвод…
Потом наваждение пропало, сменившись привычным ощущением боя. Кто-то в их роте называл его горячкой, но лейтенант Шевченко внутренне не был согласен с таким определением. В горячке действуешь импульсивно, не рассчитывая сил, не оглядываясь, обращая в удары всю ненависть, слепо – как в сельской драке.
Сам он в момент боя делался другим – осторожным, молчаливым, скованным, но в то же время – резким, как ядовитая змея. И мысли в голове мелькали короткие, скользкие, холодные, как змеиные хвосты.
- Вперед, Михась! – рявкнул он, ударив мехвода в левое плечо, - Вытаскивай! Влево тяни! Курок, огонь! Огонь! Под башню сади!
«ИС» взревел двигателем и ушел влево, неожиданно проворно для большой стальной туши, только завибрировал тяжелый корпус да окуляры больно ткнулись в переносицу. Вражеский танк, мгновенье назад нависавший над ними, вдруг оказался где-то правее – его неуклюжее изломанное тело не сумело среагировать так же быстро. А в следующее мгновенье пушка «ИС»а выдохнула из себя испепеляющий огонь, и весь корпус содрогнулся от этого выстрела, а в ушах тонко, по-комариному, зазвенело, несмотря на шлемофон…
- Попал! – радостно крикнул Курченко, и так у него по-мальчишечьи это получилось, что лейтенант Шевченко улыбнулся. А может, это просто судорогой исказило губы…
Кто ж с десяти метров, в упор, не попадет?..
В узкий прямоугольник триплекса не было видно деталей, но лейтенант Шевченко был уверен, что лобовая броня фашиста выдержала выстрел, окутавшись пучком тусклых и желтоватых, как прошлогодняя трава, искр. Еще бы, вон лоб какой… Такого в лоб не возьмешь, пожалуй. Ну ничего, мы на «Тиграх» привычные…
- Доворачивай, Михась! Танцуй! Не стоять! Бронебойный!..
Послушный сильным и в то же время мягким рукам Михальчук, «ИС» плавно потянул вперед, разминувшись с фашистом и довольно ворча. В боевом отделении стоял сильнейший запах сгоревшего тола, горький и кислый одновременно, но сейчас он казался почти приятен. Лацин уже тащил из боеукладки следующий снаряд.
Еще пять секунд. Четыре. Две…
- К стрельбе готов!
- В бок ему! В бок лепи!
Грузный "Тигр Королевский" попытался развернуться, его огромная башня поплыла в сторону, разворачивая жуткого вида мортиру, но лейтенант Шевченко знал, что успеет первым. Так и вышло.
БДУМММ!
Пуд стали ударил прямо в высокий бок фашиста, и сила удара была такова, что, казалось, тот сейчас перевернется… Или раскроется по шву, обнажая уязвимые потроха, трубопроводы и сорванные пласты бортовой брони.
Не перевернулся. И не рассыпался. Напротив, зло рыкнул, крутя башней в поисках обидчика. На боку чернел след сродни оспяному, только и всего.
- Уводи нас, Михась! Вперед пошел! Впе…
Огромный темный глаз вражеского дула уставился на «ИС» - невероятно быстрые электроприводы у этого уродца! – и лейтенант Шевченко вдруг понял, что сейчас его не станет. Ни его, ни экипажа, ни танка. А будет лишь ком мятой дымящейся стали посреди затянутого туманом поля.
Михальчук скрипнул зубами и налег на рычаги. Как борец, бросающийся из последних сил на противника. Швырнул танк вперед, и где-то под днищем башни заскрипело, как если бы верный «Иосиф Сталин» запротестовал, чувствуя предел своих возможностей…
Кажется, истинный предел его сил располагался на волос дальше того, где видел его лейтенант Шевченко.
Или на полволоса.
В голове у лейтенанта Шевченко что-то, оглушительно хлюпнув, лопнуло, и окружающий мир сжался до размеров поместившейся где-то в затылке ледяной точки. Точка эта быстро пульсировала, и вокруг нее вилась лишь одна мысль, совершенно бессмысленная и какая-то отстраненная – «Это как же так получилось?..».
Потом, совершенно без предупреждения, мир вернулся на свое прежнее место. Или это лейтенант Шевченко вернулся на свое место в этом мире. Он был сдавлен в раскаленной скорлупе, вокруг звенело, шипело, трещало и ухало, локти и колени натыкались на больно клюющие острые углы каких-то предметов, а еще кто-то хлестал его по щекам.
- …рищ … ант!
Он открыл глаза и увидел Курченко, чумазого, как трубочист, сверкающего глазами.
- Товарищ лейтенант!
Тогда он вспомнил, где находится. И удивился тому, что голова, хоть и немилосердно звенящая, все еще как будто торчит на плечах.
- Фугасом фриц зарядил! – Курченко засмеялся, увидев, что командир приходит в себя. Ну и выдержка у этого парня, - В башню нам треснул! Лишь задел! Живы!
Значит, в последний момент Михальчук успел отвести «ИС» на те сантиметры, что спасли им всем жизнь. Вражеский снаряд лопнул на башне, каким-то чудом не сорвав ее с погона и даже не заклинив.
Вот товарищ политрук Мальцев говорит, что чудес в мире не бывает, и все это – мракобесие и серость. А выходит, что иногда все-таки есть…
- Лацин! Заряжай! Бронебойным! – крикнул лейтенант Шевченко, насколько хватало легких. Легкие были, казалось, забиты едким сладковатым порошком. Но заряжающий и так прекрасно его слышал.
Фашистский танк торопливо разворачивался, его пушка неотрывно следовала за «ИС»ом. Он отчаянно работал своими узкими гусеницами, стараясь повернуться так, чтоб оказаться к своему более подвижному противнику носом, из которого торчала еще одна пушка. Этого маневра лейтенант Шевченко разрешать ему не собирался. Он знал, что «ИС»у и так безмерно повезло. Он уже использовал преимущество своей маневренности, но он был слишком грузен для того, чтобы ползать вокруг серого гиганта подобно муравью вокруг неповоротливого жука. Еще секунд двадцать, тридцать, и следующий выстрел фрица окажется роковым. Ударит «ИС» в бок, разорвав одним ударом пополам, как старую флягу…
Два танка танцевали в клочьях тумана, два огромных стальных тела, опаленных огнем, двигались в жутковатом танце с грациозностью больших и сильных механизмов. Величественное, страшное зрелище.
Но лейтенант Шевченко не думал, что оно продлится еще долго.
Курченко уже приник к прицелу, лицо из смешливого мальчишеского сделалось сосредоточенным и бледным. Не стрелял, ждал команды.
И получил ее.
- В зад фрица бей! Пониже! Огонь!
«Восьмидесятипятимиллиметровка» «ИС»а выплюнула снаряд точно в плоскую вражескую корму. И лейтенант Шевченко видел, как лопнули панели на ее поверхности, как ворохом осколков брызнул из туши врага металл. Двигатель фашиста, громко и натужно ревевший, вдруг кашлянул – и затих. Над его бронированным телом пополз черный жирный язык, хорошо видимый даже в тумане. Башня замерла, но даже в неподвижности, уставившись на своего соперника дулом, казалась грозной и опасной.
Но хищник уже был мертв, лейтенант Шевченко чувствовал это, как чувствует всякий опытный охотник. Фашистский танк хоть и остался жутким после своей смерти, уже не был опасен, стал просто уродливой металлической статуей, водруженной посреди поля.
- Курок, Лацин, за мной! «Пашки» к бою!
Лейтенант Шевченко, схватив «ППШ» - какая легкая и неудобная железяка – первым распахнул люк и вывалился наружу, чувствуя себя маленьким и невесомым на арене, где еще недавно сражались закованные в сталь многотонные воины. Туман облепил его лицо влажной липкой тряпкой. Он заметно рассеялся, но пропадать не спешил, драматически обрамляя поверженного противника белыми шевелящимися клочьями.
- Куда?.. – тревожно воскликнул за спиной Курченко, выбравшийся на броню.
- Фрица на абордаж брать! Держи люки под прицелом! Сейчас добудем!
Неподвижная громада вражеского танка вблизи выглядела старой и потрепанной. Как рыцарский доспех, изъявленный за многие года тяжелого использования тысячами шипов, лезвий и наконечников. Лейтенант Шевченко, коснувшийся стали рукой, чтоб запрыгнуть на гусеницу, даже ощутил мимолетную симпатию к этому страшному чудовищу, которое еще недавно было грозным и неуязвимым. Этот танк был старым солдатом, которой прошел через многое. Что ж, тем законнее гордость победителя. Ох и глаза сделает ротный!.. Тут забудется все – и туман, и ДОТ…
- Выходи! – крикнул он громко, ударив в круглый люк, - Хенде хох! Вылазьте зе бите!
Люк с готовностью распахнулся, точно только и ждал гостей. Под ним мелькнула огромная малиновая фуражка и незнакомое бледное лицо с прищуренными глазами. И еще – ствол массивного пистолета, который уставился гостю в лоб. Пистолет, как и танк, был громоздкий, не «парабеллум», но выглядел таким же неуклюже-грозным, как и танк.
Пришлось треснуть фрица валенком по челюсти. Подхватить враз обмякшее тело за шиворот и вытащить из люка, точно морковку из грядки.
«Повезло тебе, дурак, - мысленно проворчал лейтенант Шевченко, - Мог ведь и гранату внутрь отправить… А так, считай, только валенка отведал».
Впрочем, немчура оказался на удивление крепок. Потерял пистолет, но не сознание. И теперь ворочался в цепкой хватке. Лейтенант Шевченко отправил его на землю рядом с подбитым танком. Ничего, полежит пару минут и оклемается. Главное, чтоб языка не лишился. Его язык в штабе всех заинтересует…
- Вытаскивайте остальных! Кажется, их там много. Автоматы держать наготове, свинцом угощать без предупреждения! Много их там, сержант?
- Человек шесть будет, - пробормотал Курченко, опасливо заглядывавший в распахнутый люк, точно в резервуар с отравляющими газами, - Но вроде без оружия. Руки вверх тянут!
- Ну и выводи… Строй фрицев возле гусеницы. Вылазь, господа арийцы! Приехали.
- Приехать-то приехали, - сказал за его спиной Михальчук, тоже выбравшийся из «ИС»а и теперь поправляющий пыльный шлемофон, - Только не фрицы это, товарищ лейтенант.
- Что значит – не фрицы?
- А то и значит… На эмблему гляньте.
Лейтенант Шевченко глянул, куда указывает его мехвод, и ощутил во внутренностях тревожных липкий сквознячок. Там, на боку башни, где полагалось быть колючей острой свастике, белел, тщательно выписанный хорошей краской, двухголовый орел. Орел был выполнен схематически, но столь качественно, что узнавание наступало мгновенно.
- РОА, - выдохнул лейтенант Шевченко, - Власовцы! Вот так удача… Герб империалистический, российский, старого образца! Ишь ты как. Я думал, под крестом фрицевским воюют… Вот это удача нам сегодня подвалила, а!
Но мехвод скептически скривился.
- Не власовцы. Птица, да не та.
Присмотревшись, лейтенант Шевченко и сам понял, что поторопился. Действительно, двухглавый орел, удобно усевшийся на башне танка, на символ царизма никак не походил. Какой-то слишком хищный и... Бес его знает. Слишком современный, что ли. Не похож на тех куриц в завитушках, что на гербах буржуи рисовали.
- Если не немец… Ну и что это за птичка, а, Михась?
- Мне откуда знать, товарищ лейтенант? Только неместная какая-то.
- Румын?
- Румыны на телегах воюют. Куда им танк…
- Может, испанец? Из «Голубой дивизии»?
- Отродясь их в этих краях не было, товарищ командир. Никак не испанец.
- Итальянец?
- Итальянцы смуглые, вроде. А у командира ихнего – морда бледная, как молоко.
- Ладно, сейчас посмотрим на его морду… - пробормотал лейтенант Шевченко, подходя к типу с фуражкой.
У победы, вырванной чудовищным напряжением сил, оказался странный привкус. Вроде и бой выиграли, танк подбили, а тревожит что-то душу, покусывает клопом изнутри. Что-то было не в порядке, и командирский инстинкт, отточенный за три года войны в совершенстве, до звериного уровня, неустанно об этом твердил. Где-то ты, товарищ лейтенант, ошибся…
Пленный уже пришел в себя. Помимо фуражки, украшенной кокардой с тем же проклятым орлом, на нем оказалась длинная шинель с щегольскими отворотами, сама - глухого серого цвета. Странная, в общем, форма, которую лейтенанту Шевченко видеть не приходилось. Мало того, на боку пленного обнаружилась самая настоящая сабля, которую тот, впрочем, с похвальным благоразумием не пытался достать из ножен. Кавалерист, что ли?..
Сплюнув, лейтенант Шевченко глянул еще раз на огромную малиновую фуражку – и обмер. Точно вдругорядь вражеский фугас по башне ударил.
Сверкая глазами и хлюпая разбитым носом, из-под большого козырька на него смотрело лицо комиссара. Лейтенант Шевченко даже поежился, столь сильным и неожиданным было сходство. Настоящий комиссар в фуражке, и ряха такая, как у комиссара – острая, бледная, скуластая, свирепая. Как на старых фотографиях. Совершенно не итальянская ряха. Невозможно такую представить в окружении лощеных штабных офицеров или на парадной трибуне. Взгляд тяжелый, волчий. Таким взглядом можно гнать в атаку, прямо на захлебывающиеся в лае пулеметы. И убивать на месте таким взглядом тоже, наверно, можно.
Комиссарский, особенный, взгляд.
"Приехали, - угрюмо подумал лейтенант Шевченко, машинально напрягаясь от этого взгляда, как от вида направленного в его сторону орудийного дула, - Комиссара поймали неизвестной армии и непонятной национальности. Впрочем, называться-то он может как-угодно, а кровь в нем именно такая, как у наших отцов-чекистов, тут сомневаться не приходится..."
- Ну прямо как наш политрук Мальцев, - пробормотал Михальчук, тоже пораженный этим сходством, - Один в один… Ну и дела, товарищ лейтенант.
- Ничего, сейчас узнаем, кто это пожаловал… - лейтенант Шевченко приподнял странного офицера за ворот шинели и немножко тряхнул, - Шпрехен зи дойч?
«Комиссар» огрызнулся короткой тирадой на незнакомом танкистам языке. Едва ли он желал крепкого здоровья, но сейчас лейтенанта Шевченко интересовало не это.
- Не немецкий… - сообщил он глухо, - Я немецкий знаю немного, у разведчиков нахватался. Не немецкий это язык.
- А какой тогда?
- Не знаю. Не те мои институты, чтоб на языках складно брехать. Английский?
- Похож немного.
Лейтенант Шевченко покосился на своего мехвода с нескрываемым удивлением:
- Когда это ты в англичане записался, Михась?
Мехвод усмехнулся.
- До войны еще... В порту работал, на кране. Нахватался там с пятого на десятое, товарищ командир... Болтать не могу, но кое-что понимаю. Так, отрывочно.
- Значит, говоришь, по-английски наш офицер болтает?
- Похоже на то. Слова знакомые, как будто.
Они переглянулись. Мысль, родившаяся у одного, передалась другому взглядом, как по волнам невидимой радиостанции, и мысль эта была столь неприятна, что и высказывать ее не хотелось.
- Никак, англичанина подстрелили, - сказал наконец Михальчук осторожно, - Или американца. Теперь понятно, отчего танк чудной такой. Старье.
Тут и до лейтенанта Шевченко дошло, что грозный противник, побежденный ими в смертельной схватке, и в самом деле разительно напоминает первые танковые модели, всякие «Марки-4», которые он когда-то пионером разглядывал в журналах. Излишне громоздкий, с характерным ломанным корпусом, он выглядел скорее сухопутным кораблем, нежели современным танком. Вот тебе и «Тигр Королевский».
- Американец! – крикнул с брони Курченко, грозивший автоматом засевшему экипажу, - У американцев тоже птица на гербе, товарищ командир!
- Рухлядь у них танк, - прокомментировал Михальчук, - Я слышал, у американцев это часто. Нормальных танков нет, вот и ездят на всяком барахле тридцатых годов… А делать что будем, командир?
Лейтенант Шевченко посмотрел на пленного офицера. Бледный как бумажный лист, тот выглядел ничуть не напуганным, скорее – потрясенным. Он переводил взгляд с одного танкиста на другого, словно никак не ожидал увидеть перед собой обычные человеческие лица. Грубое лицо, привыкшее, казалось, выражать лишь непримиримую решительность и гнев, сейчас оно выражало только крайнюю степень замешательства.
Лейтенант Шевченко подумал, что и он сам, наверно, выглядит сейчас не лучше. Горе-победитель и горе-побежденный.
Делать нечего, надо искать выход из сложного положения.
- От лица Советского Союза, приветствую вас! – официально сказал он и протянул офицеру в фуражке руку, - Вэри гуд!
Развернуть

зеленый слоник копипаста Astra Militarum Imperium Commissar (wh 40000) ...Warhammer 40000 фэндомы 

Так… ну я тебе щас лекцию прочитаю. Значит, лоялисты, перед Третьей Битвой за Армегеддон, а именно - высший Маршал Хелбрехт, задумали, значит, расхуячить орочью орду у города-улья, что потом вошло в историю, как сражение в улье Хельсрич. Слушай и запоминай. Командующим силами защитников улья был реклюзиарх Гримальдус. Средний капеллан на самом деле, но исполнительный...исполнительный безусловно, профессионал. Но без фантазии, у Чёрных Храмовников вообще людей с фантазией было немного. Дерьмо на палочке, ничего блядь не знаешь, ничего не можешь. Чё ты вообще блядь в Гвардии делаешь? Какие истребители были в составе авиации Хельсрича? Истребители какие были? Какой самый известный истребитель на Армагеддонском театре военных действий?
— Леман Русс!
— Идиот блядь. СКОЛЬКО ИСТРЕБИТЕЛЕЙ, СУКА? СКОЛЬКО блядь ИСТРЕБИТЕЛЕЙ, СКОТИНА блядь?
998 М40, имперский флот в составе 6 боевых барж: Его Воля, Триумф, Недремлющая Истина, Зелёное Озеро, Вечный Крестоносец, Змеиный. А также двух линейных кораблей: Всенощное Бдение и Величие, появились на орбите планеты Армагеддон сегментума Солар. Первое ударное воздушное соединение насчитывало 50 истребителей "Молния", 40 бомбардировщиков "Гром" и 10 Громовых Ястребов. В итоге этого налёта 4 гарганта орков было уничтожено. Какие орочьи варбоссы? КАКИЕ ВАРБОССЫ? Газгрим, Газгхул, Ургок и Горсник. Это знать надо, если ты оканчивал Cхолу Прогениум. Это классика блядь! СКОЛЬКО ИСТРЕБИТЕЛЕЙ, СУКА? СКОЛЬКО БЛЯДЬ ТАНДЕРХОКОВ, СКОТИНА блядь?
Сейчас наша армия ориентируется именно на этих десантников. По крайне мере эти те немногие, кто выебли орков в жопу. И это знать надо, дерьмо собачье, блядь. Так, ну щас амасеку принесут, мы с тобой продолжим... Ты хоть и полный идиот, но... Я думаю, Эта информация будет полезна, по крайней мере в ближайший час.
Знать надо ипагсила 6t,Warhammer 40000,warhammer40000, warhammer40k, warhammer 40k, ваха, сорокотысячник,фэндомы,зеленый слоник,копипаста,Astra Militarum,Imperial Guard, ig,Imperium,Империум,Commissar (wh 40000)
Развернуть
В этом разделе мы собираем самые смешные приколы (комиксы и картинки) по теме копипаста (+392 картинки, рейтинг 1,639.9 - копипаста)